Безвластие затянулось и стало надоедать, похоже, уже не только мне. Возможно, на это никто не обратил бы внимание, если бы не фонил коронавирус, который вроде как, с одной стороны, оправдывает растерянность властей (я имею в виду все ветви), но с другой – вызывает недоумение ее нерасторопностью, даже в вопросах кадровых назначений.

Но если не везет, то не везет: все совпало, и всем стало очень заметно, что созданная система управления не работает не только в законодательной, но и в исполнительной сфере. Работают только суды, но похоже, что чаще назло прокуратуре.

Я теперь даже завидую России: у них законодатели обсуждают хотя бы самоизоляцию, а исполнители строят планы по выходу из экономического кризиса. «Движуха» налицо. Спасибо герою нашей последней революции Ахре Авидзба: с его легкой руки это слово стало неотъемлемой частью моего лексикона. Слово очень удобное, им можно объяснить все, что сегодня происходит в нашей стране, коротко, как делала Эллочка-людоедка – «хо-хо». Право, очень удобно. Так вот, никакого «хо-хо» в плане «движухи» во власти нет и не намечается. С момента избрания нового президента «мрак, жуть, красота».

Может, поэтому первое появление главы государства в публичном пространстве – видимо, в ознаменование окончания первого месяца вступления в должность – стало чуть ли не сенсацией. Нет, президент, конечно, периодически появлялся на публике, дважды возложил цветы и показывал народу, кого назначил. Вот, мол, посмотрите-ка, кого я вам тут привел. И скороговоркой – о том, что этот хороший «парниша» вызывает у него доверие. Правда, создавалось впечатление, что президент все еще не определился с фронтом работы для своего протеже, но это должно быть не наше дело. Если высокопоставленного чиновника представляли без президента, то народ понимал это по своему разумению: значит, этот кадр не от президента, а от премьер-министра. В общем, вся эта канитель длится уже целую вечность, и похоже, что любимая забава – назначения – всем приелась своим однообразием.

И вот тут пришла радость: президент решил дать поручения министру внутренних дел. Страна затаила дыхание: свершилось, вот они – обещанные реформы. Сейчас-то все и начнется: борьба с коррупцией, сокращение штатов, исходя – ни много ни мало – из рекомендаций ООН и с учетом опыта Российской Федерации (300 человек на 100 тысяч населения), диктатура закона, никакой отсебятины – это все мечты из программы кандидата в президенты Аслана Бжания.

Но вместо всего этого глава государства сказал главному милиционеру страны: даешь пятилетку! Да не пугайтесь, не за три дня и не за четыре года. Речь вообще не о будущем, а о прошлом. Аслана Бжания интересуют тяжкие преступления, которые были совершены за прошедшие пять лет. Как отмечает один из блогеров, данное поручение президента «заведомо невыполнимое». Блогер подробно останавливается на несоответствии между поручениями главы государства и законодательной базой. Но я не буду никого утомлять тонкостями абхазского законодательства. Обращу только внимание на то, что президент, в прошлом генерал СГБ Бжания, спутал адресата для своих поручений. С такими поручениями ему бы следовало обращаться не в МВД, а в Генеральную прокуратуру, в производстве которой находятся все резонансные дела. К тому же было бы логично поручить Генпрокуратуре сдернуть завесу тайны с версии об отравлении Аслана Бжания (под этим лозунгом сторонники Бжания переносили и отменяли выборы, штурмовали администрацию и т.д.), железнодорожном кредите, по которому десять лет расплачивается страна, об абхазских компаниях, затаившихся в офшорах, о скоропостижной смерти второго президента и странной гибели главного банкира страны сразу после выборов 2014 года. Много общественно значимых дел без срока давности, к которым можно вернуться, раз уж для поддержания имиджа необходимы громкие разоблачения.

Но, как говорит Жванецкий, «когда не знаешь, как, не можешь сам, не можешь научить, но можешь наказать… – ты президент». Поэтому вернусь к важной детали, из-за которой, на мой взгляд, был затеян этот фарс. Речь идет только о тех пяти годах, когда нынешний президент Бжания не находился в исполнительной власти, а был оппозиционером. Ну что тут скажешь – грабли. Наши президенты не почитают Ли Куан Ю, который очень просто изложил и что делать, и с чего начать: «начните с того, что посадите троих своих друзей. Вы точно знаете, за что, и они знают, за что». У нас все наоборот, и правление Аслана Бжания началось с того, что из зала суда отпустили двух его сторонников, которые оказали вооруженное сопротивление милицейскому патрулю, обвинялись прокуратурой в посягательстве на жизнь сотрудников милиции, незаконном обороте огнестрельного оружия в составе группы лиц и с ареста сотрудника охраны экс-президента Рауля Хаджимба, которого подозревают в незаконном хранении оружия и боеприпасов. Это ж такой лотерейный билет для показательной порки и своих, и чужих, чтобы продемонстрировать равенство всех граждан перед законом, пускай хотя бы в режиме ручного управления. Но, очевидно, обещанный Асланом Бжания правопорядок будет избирательный – амнистия для единомышленников и репрессии для оппонентов. Ну, нам не привыкать – проходили и через это. Но все-таки жаль, что про обещанные реформы, в том числе и в системе МВД, нам опять ничего не сообщили.

Бисмарк предупреждал, что глупо верить политикам до выборов. Но все равно перед тем, как опустить занавес, процитирую оппозиционера Аслана Бажния: «Власть должна личным примером доказывать свою преданность ценностям, которые декларирует и предлагает обществу».

Изида Чаниа

Эхо Кавказа

Больших специалистов откладывать проблемы в долгий ящик, чем наши, как говорил Искандер, «прирожденные руководители широкого профиля», придумать сложно. Вот умеют они крайне принципиально не обращать внимание на общественно значимые темы – до того момента, пока в один прекрасный день проблема не выскочит как черт из табакерки. И тогда все решается, но в режиме цейтнота, что всегда сказывается на качестве. Если речь о законе, то в нем оказываются непреодолимые в силу различных обстоятельств дыры. Не хочу перечислять примеры, так как вся история нашей страны является одним большим примером принятия подобных решений как на государственном, так и на межгосударственном уровне.

Вот и с многострадальным законом о «Декларировании доходов и расходов госслужащими и депутатами» все так же сложно. Идея борьбы с коррупцией витала в различных слоях общества уже многие годы. В последнюю пятилетку сформировалась группа активистов, которая перешла к прямому лоббированию своих идей и взяла за основу 20-ю статью Конвенции ООН против коррупции – «незаконное обогащение». Не знаю, почему активисты остановились только на 20-й статье конвенции, в которой более шести десятков статей, одна другой краше, и все направлены на «эффективное и действенное предупреждение коррупции и борьбу с ней». Должна сказать, что каждая статья как нельзя лучше ложится на нашу благодатную почву и отнюдь не оригинальную действительность. Это и пресловутая прозрачность и отчетность, меры в отношении судебных органов и прокуратуры, подкуп публичных должностных лиц, злоупотребление служебным положением и влияние в корыстных целях, отмывание доходов и много других расчудесных статей, которые, без сомнения, стали бы некоторым заслоном для коррупции. Но активистам показалось, что для наших непуганых коррупционеров будет достаточно принятия 20-й статьи конвенции, предусматривающей уголовную ответственность за незаконное обогащение. Однако для того, чтобы она начала работать, надо принять закон о декларировании. Логика в этом есть, ведь, в конце концов, надо ж с чего-то начинать. Вот и начали с того, что подали проект закона о декларировании в парламент. Там этот закон швыряли по комитетам, пытаясь избавиться от него и от назойливых борцов с коррупцией. После длительной «одиссеи» проекта по парламенту он осел в международном комитете, и началось движение. Рассмотрев проект один раз, надолго остановились.

Тогда активисты собрались перед парламентом и вынудили депутатов принять закон о декларировании. Закон получился лукавый: из него были изъяты некоторые статьи, и он не представлял никакого общественного интереса. К тому же вступление закона в силу планировалось после принятия другого закона – о госслужбе. Я столько раз говорила о проекте закона о госслужбе, который уже десятилетие пылится в парламенте, что, боюсь, мои читатели уже утомились от постоянных напоминаний. Между тем по какой-то странной причине депутаты никак не могут перейти к вопросу о его рассмотрении и принятии. Может, потому что он выполняет функцию громоотвода. Все это время и исполнители, и законодатели ссылаются именно на отсутствие закона о госслужбе при любом удобном случае. И выглядит это примерно так: мы, конечно, хотим, чтобы не было в стране коррупции, но увы – у нас нет закона о госслужбе. И разводят руками.

Вот и сейчас, говоря простым языком, активистов обманули, сославшись опять на непринятый закон о госслужбе. После чего последовала вторая протестная акция – в самый разгар выборов трое активистов объявили голодовку, требуя внести поправки в принятый закон и определить, что он вступает в силу с момента его подписания президентом. Должна слегка отступить от темы, чтобы сказать, что почти все политики, которые сейчас находятся у власти (тогда они именовались оппозиций), выражали свое одобрение требованиям активистов. Есть многочисленные видео, где площадь Свободы стала местом паломничества для политиков, которые фотографировались на фоне голодающих и ставили свои подписи под воззванием к парламенту. Все это происходило накануне президентских выборов, и все кандидаты в президенты и почти все депутаты парламента поддержали инициаторов акции, и поправки к закону были приняты почти без возражений. Голодающие разошлись.

Однако торжествовать победу было рано. Тут все как по писаному: «кто раз умеет обмануть, тот много раз еще обманет». Да, закон был «переработан в духе полной козлотуризации». (Если что, то это не я сказала, а Фазиль Искандер.) И вот теперь активистов пытаются втянуть в бесполезные споры о несовершенстве принятого закона и невозможности его исполнения, с любимой оговоркой – «в условиях Абхазии», как говаривал Автандил Автандилович, «микроклимат у нас неподходящий». Юристы, правоведы, которые молчали, когда принимался закон, теперь все разом вспомнили, что принятые поправки предусматривают вступление в силу не самого закона, а только поправок к нему, а сам закон вступит в силу только после принятия закона о государственной службе. Так власть решила «посмеяться над маловерами».

Эта абсурдная ситуация «означает, что все вернулось на круги своя и исполнять принятый закон никто не собирается. К тому же некоторая часть парламента уже рассосалась по исполнительным органам власти, и вряд ли до довыборов можно ожидать, что депутаты примут закон о госслужбе. Да и кто им разрешит его принять, если в очередь на низкооплачиваемые должности в правительстве выстроились люди, привыкшие жить на широкую ногу, увешанные как гирляндами дорогостоящей недвижимостью и движимостью как в Абхазии, так и за ее пределами, происхождение которой они не смогут объяснить, даже записав ее на всех своих родственников.

Однако у активистов в багаже осталось 10 тысяч сторонников, которые поставили свои подписи под требованием о вступлении закона в силу с момента его подписания, и обещания главы государства Аслана Бжания. И вот в этом самом законе все как он обещал, когда баллотировался в президенты, и даже никаких усилий прилагать не надо: «установление мер по противодействию коррупции и предупреждению необоснованного обогащения субъектами декларирования и членами их семей». Нужна всего-то политическая воля главы государства, в ином случае дальнейшее молчание президента будет равносильно поощрению коррупции.

И самое главное или, если угодно, самое смешное. Юристы говорят, что вступил в силу только закон о поправках, но не сам закон. Получается весьма занятная картина – чтобы все оценили степень козлотуризации, я пройдусь «тропой козлотура», вернее – по той ее части, которая вступила в силу. Свои декларации в налоговые органы и для публичного обозрения, в том числе, и в СМИ должны представить родственники декларантов – родители, братья-сестры и совершеннолетние дети. Данные, отраженные в декларациях, должны быть размещены на официальных сайтах с указанием места прописки, места жительства, места нахождения недвижимого имущества, принадлежащего декларанту и членам его семьи, и так далее.

А теперь внимание: поправки, вступившие в силу, предусматривают освобождение чиновника от занимаемой должности без права на восстановление в случае непредоставления данных о доходах или предоставления ложных сведений. А это если не жертвенная коза, то хотя бы ее шерсти клок? Думаю, что самое время активистам обращаться в Конституционный суд. Пусть там и разбираются, что первично – яйцо или курица. А мы хотя бы понаблюдаем за степенью независимости третьей ветви власти. Было бы интересное начинание, между прочим...

Изида Чаниа

Эхо Кавказа

Ну а теперь от пустых деклараций к конкретному декларированию. 12 марта вступил в силу многострадальный закон «о декларировании доходов и расходов и обязательств имущественного характера государственными служащими и депутатами».

Многострадальный потому как его «динамили» достаточно долгое время. До тех пор пока закон не взял под свою «опеку» депутат парламента Астамур Логуа. Но к этому моменту из закона, по какой-то странной случайности, выпали очень важные пункты связанные с перечнем объектов декларирования. То есть круг родственников декларанта был значительно сужен – до супругов и несовершеннолетних детей, исчезла ответственность декларанта за предоставление недостоверных данных и так далее. Но даже в таком урезанном до бессмысленности виде его долго не принимали. И только в феврале 2020 года под давлением активистов закон был принят с уточнением, что он «вступает в силу с момента вступления в силу Закона Республики Абхазия «О государственной службе», что означало – в необозримом будущем.

Такое положение дел не устроило активистов, которые прекрасно понимали, что от них просто пытаются отвязаться. И в марте нынешнего года, в самый разгар предвыборной кампании, три гражданина нашей страны объявили голодовку требуя: расширить круг родственников декларанта, огранить время отведенное на декларирование 30 днями с момента вступления в должность, предусмотреть вопросы связанные с прямым доступом к информации и ответственность должностного лица не предоставившего декларацию или предоставившего недостоверные данные.

Голодающие требовали, чтобы закон вступил в силу с момента его опубликования. Так как все это происходило в разгар предвыборной кампании инициаторам принятия поправок к закону высказывали поддержку должностные лица, депутаты, представители всех существующих партий, все кандидаты в президенты. Более того активистов поддержали 11 тысяч граждан страны, которые пришли на площадь Свободы и поставили свои подписи под воззванием к парламенту. Дело было за малым – принять закон о внесении поправок В ЗАКОН и получить одобрение президента.

12 марта закон был принят парламентом, через несколько дней подписан президентом и опубликован в СМИ, то есть вступил в силу. Более того 10 марта исполняющий обязанности президента Абхазии, премьер-министр Валерий Бганба поручил главе министерства иностранных дел Дауру Кове разработать законопроект о присоединении республики к Конвенции ООН против коррупции.

Однако, вскоре после выборов стало понятно, что исполнять закон никто не намерен. После вступления в президента в должность пользователи социальных сетей стали «доброжелательно» навязывать мысль о том, что это поправки к закону вступили в силу с момента их опубликования, а вот сам закон вступит в силу, только после принятия закона о государственной службе.

Можно было бы не реагировать на эти несостоятельные уврачевания в виртуальном пространстве и уловки направленные на то, чтобы дезориентировать участников акции и их сторонников, но есть один момент, который говорит о том, что ни президент, ни премьер-министр не намерены исполнять данный закон. Посмотрите на структуру правительства утвержденную на прошлой неделе. В ней не предусмотрен государственный орган (антикоррупционный комитет), который будет уполномочен заниматься вопросами связанными с декларированием доходов, расходов и обязательств имущественного характера. Что это – простая забывчивость президента и премьер-министра? Любопытно, что о борьбе с коррупцией они забыли сразу, как только завершились выборы.

Ну тогда я возьму на себя смелось и напомню президенту и премьеру, что целью закона о декларировании является «установление мер по противодействию коррупции и предупреждению необоснованного обогащения субъектами декларирования и членами их семей». И мне бы так не хотелось думать, что их сопротивление исполнению закона может означать, что они поощряют коррупцию. Но всякое бывает и признаюсь, что не только меня посещает эта мысль. Но тогда самое время объяснить своим избирателям, которые еще не забыли о предвыборных обещаниях Бжания и Ко, что же они имели ввиду, когда говорили о коррупцией, как зле, которое уничтожает абхазскую государственность? Кстати в программе кандидата в президенты Бжания говорится о необходимости принятия закона «О декларировании доходов, расходов, имущества и обязательств имущественного характера публичными служащими и депутатами». Правда есть там странная неточность – закон был принят 12 марта, а программа появилась спустя два дня – 14 марта. Но это мелкие детали. Зато вступившему в должность президенту даже не надо утомлять себя подписанием этого закона – надо всего лишь приступить к его исполнению. И тут логично было начать с самих себя. Уверена, что после того, как глава государства и глава правительства заполнят и опубликуют свои декларации все их подчиненные поспешат последовать их примеру. Это ж нормально, когда глава государства и глава правительства не виртуально, а на личном примере демонстрируют исполнение законов. Вот так возьмите и ударьте по коррупции личным примером.

Изида Чаниа

Нужная газета

Нынешняя неделя была отмечена ослаблением противовирусных мер, вступлением в должность президента Аслана Бжания и громкими отставками накануне инаугурации. Но обо всем по порядку.

Министр здравоохранения Тамаз Цахнакия на этой неделе призывал население к бдительности. По мнению главы этого ведомства, то, что в Абхазии диагностированы только три случая распространения коронавируса, не дает оснований расслабляться. Министр призывает население к дальнейшей самоизоляции, и его озабоченность связана с «непростой ситуацией» в сопредельных государствах. Он прогнозирует сложный период по борьбе с коронавирусом на конец мая. Пресс-конференция министра прошла в режиме онлайн накануне инаугурации Аслана Бжания, он сообщил, что на торжественном мероприятии будут соблюдаться все меры безопасности – дезинфекция, средства защиты, дистанция и так далее.

Однако рекомендации министра здравоохранения остались благим пожеланием – в маске на данном мероприятии оказалась только Уполномоченный по правам человека Асида Шакрыл. Все остальные гости проигнорировали опасность распространения эпидемии, и благо, что их было не более полусотни – участие в инаугурации приняли почти все депутаты парламента, глава Центральной избирательной комиссии, главы Конституционного и Верховного судов, генеральный прокурор. Гостями мероприятия стали послы России, Приднестровья, Южной Осетии, брат второго президента Абхазии и супруга Аслана Бжания, приехавшая по случаю инаугурации из Москвы, где проживает семья избранного президента, глава АПЦ (Абхазской православной церкви) и Верховного духовенства мусульман Абхазии. Руководитель другой церковной организации СМА (Священной митрополии Абхазии), как обычно, не был удостоен приглашения.

Не присутствовали на инаугурации главный конкурент Аслана Бжания на выборах Адгур Ардзинба, главы силовых ведомств, в том числе, и министр обороны, глава Общественной палаты, главы городов и районов Абхазии. Впрочем, большинство из них, не дожидаясь вступления Аслана Бжания в должность, подали в отставку.

В круг журналистов, допущенных к наблюдению за церемонией, не попали представители даже государственных СМИ (я уже не говорю о негосударственных) – газет «Республика Абхазия», «Апсны» и ИА «Апсныпресс».

Само мероприятие, которое транслировалось в онлайн-режиме, выглядело достаточно уныло. За все время никто не обнаружил даже признаков радости на лице самого Аслана Бжания, тяжким путем пробиравшегося к главному креслу страны на протяжении последних шести лет. И это не осталось незамеченным общественностью, которая тут же провела сравнительный анализ других инаугураций. На фоне всех остальных президентов, в торжественной обстановке произносивших клятву на верность народу и стране, Аслан Бжания, прямо скажем, выглядел весьма печально. Возможно, это связано с состоянием здоровья избранного президента, который недавно перенес двустороннюю полисегментарную пневмонию.

Речь президента на инаугурации не отличалась оптимизмом – стандартные фразы о верховенстве закона, борьбе с преступностью и коррупцией, единстве, и обещание, что «завтра не будет всеобщего благоденствия».

Президента поздравили со вступлением в должность послы России, Приднестровья и Южной Осетии. Посол России Алексей Двинянин, который обратился к собравшимся на абхазском языке, достаточно поэтично выразил уверенность, что российско-абхазское сотрудничество получит дополнительную динамику, «его палитра пополнится новыми яркими красками», и пообещал дальнейшее содействие дружественной Абхазии. Церемония вступления Аслана Бжания в должность президента длилась полчаса.

Канун инаугурации был отмечен «массовым исходом» чиновников разного уровня. Заявления об отставке на имя и.о. президента подали главы двух районов – Очамчырского и Гудаутского, и глава города Новый Афон. Не стали дожидаться официального сложения полномочий кабинет министров и главы государственных СМИ. Заявление о добровольной отставке приняты премьер-министром Бганба от директора ТВ и его заместителя, от главы государственного информационного агентства «Апсныпресс». Отказалась работать с новоизбранным президентом и директор Рицинского национального парка Рита Лолуа. Ее заявление об отставке премьер-министр Валерий Бганба подписал накануне вступления в должность Аслана Бжания. Отмечу, что за время нахождения Риты Лолуа в руководстве национального парка она проявила себя как опытный менеджер – более чем в десять раз возросли доходы в бюджет страны от деятельности парка.

24 апреля кабинет министров в соответствии с законом сложил свои полномочия, и на должность премьер-министра был назначен Александр Анкваб. Он уже возглавлял правительство при президентстве Сергея Багапш, который скоропостижно скончался в 2011 году, после чего Александр Анкваб был избран президентом Абхазии на недолгие 2,5 года, когда покинул должность в результате политического кризиса 2014 года. До нынешнего назначения премьер-министром Анкваб являлся депутатом парламента. Думаю, что это не единственный депутат, который при формировании правительства и местных органов управления уйдет в исполнительную власть. Поэтому Центральной избирательной комиссии не стоит расслабляться – работа на ближайшее будущее гарантирована, нашу страну ждут новые выборные кампании. Не знаю, обрадует ли эта новость избирателей, подуставших от бесконечных выборов.

Изида Чаниа

Эхо Кавказа

С сегодняшнего дня Абхазия начинает жить по новым ограничительным правилам. Указ об этом подписал и.о. президента Валерий Бганба на прошлой неделе. Отменен комендантский час, введенный в двух приграничных районах Абхазии – Гагрском и Галском, с сегодняшнего дня возобновляют свою работу продуктовые и сельскохозяйственные рынки. Запрет на проведение массовых мероприятий, туристической и экскурсионной деятельности продлевается до 1 мая. До Дня международной солидарности трудящихся не будут работать общественный транспорт, общепит, сауны, парикмахерские и так далее. До 1 мая сохранится и режим ограничений на российско-абхазской границе. Дошкольным учреждениям, школам и вузам «каникулы» продлили до 4 мая.

Судя по всему, нам осталось потерпеть чуть больше недели, и в стране начнется нормальная жизнь. Возникает, правда, вопрос: на чем основан такой оптимизм? Мы пересекли какую-то критическую отметку? Может быть, через десять дней ожидается спад эпидемии? Если верить прогнозам российских медиков, через 10-14 дней в России ожидают пик распространения вируса, а спад прогнозируется только в июне. Напомню, что Абхазия непосредственно граничит с Россией, и все три случая коронавирусной инфекции, зафиксированные в Абхазии, были у наших граждан, прибывших с территории России.

Очевидно, что ослабление карантинных мер никак не связано со снижением риска распространения эпидемии. В основе этого решения, скорее всего, лежат экономические прогнозы. По мнению абхазских экономистов, в результате карантина республика ежедневно теряет около 50 миллионов рублей. Ограничена или остановлена работа более 30 бюджетообразующих предприятий, не работают магазины, рестораны, гостиницы, и совершенно очевидно, что продление карантина угрожает серьезными экономическими последствиями. Падение поступлений в государственный бюджет скажется и на доходах населения, возникнут проблемы с выплатой заработных плат бюджетникам, пострадает бизнес.

Директор одной из самых крупных компаний, поставляющих абхазские вина на экспорт, Николай Ачба отмечает, что предприятие сможет выплачивать зарплату сотрудникам не более двух месяцев, и выражает сомнения, что в условиях кризиса государство сможет минимизировать потери бизнеса или взять на себя выплату материальной помощи населению. Серьезную озабоченность уже сегодня вызывают поступления в Пенсионный фонд страны, а аналитики прогнозируют неисполнение бюджета на 25%. Но все это весьма приблизительные данные, которые еще не учитывают потерь от курортного сезона. И с этим связаны самые большие опасения: если угроза коронавируса не будет устранена до начала курортного сезона, то Абхазию ждут тяжелые времена и банкротство бизнеса, связанного с туризмом, считают экономисты. И это очень похоже на правду.

Что меня смущает в речах экономистов, так только предложения, которыми они сопровождают свои прогнозы, – оказание помощи малому и среднему бизнесу, налоговые каникулы и так далее. Все это из области прописных истин, а я пытаюсь обнаружить в предложениях хоть что-то об источниках средств, необходимых на все это. Очевидно, что одной минимизацией расходов не обойтись. Скорее всего, экономисты имеют в виду заемные средства, которые должны помочь выжить бизнесу. Не вижу, кто там стоит в очереди на выдачу кредитов Абхазии, но даже если и есть такая вероятность (или договоренность), то хотелось бы напомнить о бесплатном сыре и мышеловке и печально известном железнодорожном кредите, за который страна не может расплатиться более десяти лет безо всякой эпидемии.

Очевидно, что заемные средства сделают страну еще более уязвимой как в экономическом, так и политическом смысле. И подобная перспектива вызывает у меня серьезную озабоченность, особенно на фоне разговоров о претензиях России на приграничную территорию Абхазии – село Аибга. На прошлой неделе такая информация появилась на сайте Росреестра. После небольшого скандала информация была удалена, но «осадок остался». Думаю, что в условиях экономического кризиса торговаться с Абхазией в различных спорных вопросах будет гораздо проще. Вот такие серьезные минусы эпидемии и карантина, которые, возможно, в будущем будут влиять на политические процессы, и не только в вопросах, связанных с демаркацией границ. Думаю, что, принимая решение об ослабление мер, наше руководство думало именно об экономической уязвимости страны.

Однако, чтобы не прослыть безнадежной пессимисткой, я все же попробую отыскать плюсы, которые получила страна от карантина, – говорят же, что нет худа без добра. Прежде всего – распространение эпидемии, судя по всему, удалось остановить. Все понятно и с экологической составляющей. Или вот, к примеру, спад в энергопотреблении, которого не могли добиться энергетики никакими увещеваниями о необходимости экономии. И сельхозработы, которым посвятили карантинное время многие жители страны, обеспокоенные своим дальнейшим будущим.

А еще в ходе проведения спецмероприятий, скорее всего, предотвращены как минимум два преступления – во время комендантского часа сотрудниками МВД задержаны 15 апреля в Гагрском и 31 марта в Галском районах граждане с одинаковым «джентльменским» набором в автомобилях. У обоих изъяты автоматы Калашникова, пистолеты Токарева, гранаты и по два комплекта автомобильных госномерных знаков. Несложно догадаться, с какой целью экипированные таким образом граждане передвигались по стране.

И еще о двух несомненных плюсах карантина – с момента его введения по сегодняшний день уменьшилось количество ДТП, а в связи с закрытием границ существенно сократился наркотрафик. Так что, если положить все плюсы и минусы на весы, то, возможно, они зависнут в состоянии равновесия. Вот я и думаю: может быть, не стоит торопиться с открытием границ хотя бы до спада эпидемии коронавируса в соседних странах?

Изида Чаниа

Эхо Кавказа