Аквафон Красивый номер
Онлайн платежи
Аквафон ЦО
Приложение
Аквафон Апра
Роуминг (супер роуминг)
Previous Next Play Pause

Вице-премьер и министр экономики Абхазии Кристина Озган подписала приказ об освобождении с занимаемой должности генерального директора «Черноморэнерго» Михаила Логуа по состоянию здоровья. Но не для всех причина отставки убедительна, потому что Логуа неоднократно публично говорил о своей позиции по энергетике, которая шла вразрез с планами и заявлениями правительства.

Сегодня был опубликован приказ об освобождении с занимаемой должности генерального директора РУП «Черноморэнерго» Михаила Логуа и назначении исполняющим его обязанности Тенгиза Гирджинба, заместителя главного инженера «Черноморэнерго».

Известно, что еще вчера Михаил Логуа собрал коллектив «Черноморэнерго» и объявил о своем уходе, причиной он назвал состояние здоровья. Однако в Абхазии мало верят в уходы высокопоставленных чиновников с занимаемых должностей по состоянию здоровья или по собственному желанию. Тем более что все помнят о том, как Логуа уже уходил с поста вице-президента в декабре 2013 года, тогда всем тоже объявили, что причина его ухода – состояние здоровья. Но в промежутках между его отставками ничего не было слышно о том, что со здоровьем у него есть проблемы.

Экономист Ахра Аристава предположил, что причиной отставки Михаила Логуа может быть принципиальное несовпадение позиций его и руководства Абхазии:

«Если посмотреть в течение года на позицию Михаила Логуа по энергетике, мы видим: он неоднократно заявлял публично о том, что энергетика – это стратегическая отрасль, и на сто процентов она должна быть в собственности народа и государства. Это никак не соответствовало позиции правительства, частных инвесторов и всему прочему. Михаил Логуа – ветеран войны, конечно, мы можем предположить, что его позиция как патриота, как гражданина независимой страны, за которую он проливал кровь, не совпадала с позицией правительства. Потом, когда возник вопрос по Тимуру Гулия (председатель «АРУАА»), он же еще и взял его сторону и поддержал его. Знаете, ветеран ветерана всегда поддержит, потому что люди, которые по минам ходили и под артиллерийскими снарядами, знают цену этому».

Михаил Логуа – давний сторонник нынешней власти. На выборах в августе 2011 года он баллотировался в паре с кандидатом в президенты Александром Анквабом. Их тандем одержал победу, но долго на посту вице-президента он не протянул и через полтора года покинул пост.

На выборах в августе 2014 года Логуа работал в избирательном штабе кандидата в президенты Аслана Бжания, который в избирательной гонке уступил Раулю Хаджимба.

На выборах 2020 года Михаил Логуа снова поддержал кандидата в президенты Аслана Бжания. После его победы в июле 2020 года Логуа назначили генеральным директором РУП «Черноморэнерго». У него, как, впрочем, и у его предшественника Аслана Басария, не было опыта работы в сфере энергетики. Многие возмущались тем, что людей назначают на высокие должности не по признаку компетенции и профессионализма, а исходя из личных симпатий.

Сегодня исполнять обязанности генерального директора назначили профессионального энергетика Тенгиза Гирджинба, уроженца г. Очамчыры, выпускника агроинженерного факультета Абхазского государственного университета по специальности «электрификация промышленности и сельского хозяйства». С 2003 года он работал на разных должностях в РУП «Черноморэнерго», с 2020 года по настоящее время занимал должность заместителя главного инженера госкомпании. Участник Отечественной войны народа Абхазии 1992-1993 годов, дважды награжден медалью «За Отвагу».

Елена Заводская 

Эхо Кавказа

 

В начале второго полугодия 2021 года у всех на устах в абхазском обществе все те же две напасти, что были в конце прошлого и начале нынешнего годов: очередная волна коронавирусной пандемии и энергетический кризис, заставивший уже летом прибегнуть к веерным отключениям электричества. Пока последние далеко не так бьют по обычным энергопотребителям, как в минувший осеннее-зимне-весенний период.

Отключения по два часа ночью и рано утром попеременно в трех зонах, на которые поделена территория Абхазии, для многих незаметны, так как отапливать сейчас жилища не надо, а кондиционеры и вентиляторы ночью принято выключать. (Лишь для владельцев нелегально работающих майнинг-ферм и легально работающих производств они наносят, безусловно, ущерб). Но при этом все в преддверии «грозящей катастрофы» в конце года из-за все растущего объема энергопотребления понимают, что в энергетике республики сложилась поистине головоломная ситуация, усугубленная бесконечной внутриполитической борьбой, или, если хотите, грызней.

Напомним, что 26 июня общественная организация ветеранов Отечественной войны народа Абхазии «Аруаа» выступила с заявлением в ответ на объявленное накануне официальное начало с 28 июня веерных отключений электроэнергии. Оно заканчивалось так:

«Нет сомнения, что теперь народу будут говорить, что необходимо передать в аренду или продать перепадные ГЭС на р. Ингур и энергосети страны на условиях инвестора, повысить в разы цену на электроэнергию и выдавать это за всеобщее благо. Очевидно, что введением веерных отключений на летний и осенний периоды власть расписалась в своей неспособности решать задачи государственной важности и безнравственно переложила на народ бремя своих преступных ошибок и просчетов. В этой критической ситуации обращаемся к руководству страны с призывом незамедлительно, в течение одного месяца, найти решение проблемы и отменить веерные отключения электричества. РОО «Аруаа» предупреждает, что, если этого не будет сделано, мы оставляем за собой право призвать наших граждан к всеобщей акции протеста».

До обозначенного в заявлении срока, то есть до 26 июля, осталось двенадцать дней. Но, собственно говоря, уже в день его принятия наблюдателям было предельно ясно, что оппозиционеры выдвинули власти заведомо невыполнимые требования. Потому-то и пошли властные структуры на действительно беспрецедентные летние веерные отключения электроэнергии, что расход ее надо было начинать экономить уже сейчас – в связи с прогнозируемым дефицитом электроэнергии из-за повышенных нагрузок к концу года энергосистеме республики грозит коллапс. И как тут быть, если не начать экономить сейчас, в щадящем режиме? Тогда в ноябре уже не помогут и шесть часов отключений в сутки, и все латаные-перелатаные электросети Абхазии могут «полететь в тартарары».

Таким образом, оппозиционеры своим ультиматумом как бы загоняли власть в безвыходное положение: не прекратите, мол, летние ночные отключения (придумывайте, что хотите) – призовем к «всеобщей акции протеста», читай – будем добиваться досрочной смены исполнительной власти; а если вдруг с какого-то перепугу та согласится отменить ночные веерные отключения, то в ноябре, когда все рухнет, «всеобщая акция протеста» также неминуема. То есть, как говорится, куда ни кинь, везде клин!

Наверное, своим ультиматумом власти «Аруаа» действительно набрала дополнительные очки в глазах политических сторонников. Но в целом нельзя исключать, он оказался для нее контрпродуктивным. Во всяком случае, если судить по большинству посыпавшихся комментариев пользователей социальной сети «Фейсбук», авторы которых встретили данное заявление негативно и даже насмешливо. Вот несколько:

«Для некоторых эти веерные отключения – как бальзам на душу! Их жизненное кредо сейчас: «Чем хуже – тем лучше». Так что не стоит удивляться, что они так переживают за несчастных потребителей, у которых на целых два часа отключат ночью свет»;
«Опять начинается? Мы тоже против отключений электричества – и веерных, и любых. Но вы знаете, как сегодня без них обойтись? Если да, то подскажите властям выход из ситуации. Только без общих слов – что надо проявить политическую волю, увеличить собираемость оплаты за электроэнергию, прекратить работу майнинг-ферм и т. д. Это и без вас все знают»;
«Как делать заявления – так вы первые. Слюнки потекли, видать, – так кресла хочется! Наверняка скажете, что как только придете к власти, то «на следующий день» все увидят решение проблемы. Плавали, знаем, как это было после 2014-го».

Эту коллизию «Эхо Кавказа» обсудило с абхазским экспертом Тенгизом Джопуа, который сказал:

«У нас любая политическая сила пытается политизировать любой процесс, любую проблему. В принципе, я думаю, что внутри «Аруаа» есть люди вполне адекватные, которые понимают состояние отрасли, прекрасно для себя понимают, почему происходят веерные отключения, и сейчас просто это повод для того, чтобы осложнить положение власти, ситуацию вокруг нее, показать ее неспособность решать проблемы, показать ее слабость. Ну, просто, по крайней мере, хотя бы дать о себе знать. Честно говоря, было бы гораздо более конструктивно, если бы «Аруаа» вышла, например, с какой-то дорожной картой решения проблем, связанных с энергетикой, вместо того, чтобы просто требовать от власти прекращения этих веерных отключений. Так что позиция «Аруаа», она… Ну, она типична для всех наших политических сил. Все наши политические силы всегда только критиковали, обычно ничего конкретного не предлагая».

Можно добавить, что без политических препирательств у нас, да и не только у нас, – никак. Это наглядно подтвердилось 1 июля в парламенте Абхазии во время расширенного заседания комитета по бюджету, кредитным организациям, налогам и финансам, обсудившего положение дел в энергетической отрасли. Естественно, представители обоих политических лагерей, в последние два десятилетия не раз сменявших друг друга во власти, занялись в основном взаимными обвинениями в том, что именно их оппоненты довели энергетическую отрасль «до ручки».

Что же касается общественно-политических «заторов на дорогах», с которыми сталкивается сегодня власть, пытаясь найти выход из критической ситуации в энергосистеме (и, очевидно, с теми же самими столкнулась бы на ее месте любая другая властная команда в Абхазии), то приведем несколько примеров.

Как только в исполнительной власти заговорили, стараясь не называть конкретных цифр, о давно назревшей необходимости повышения существующих мизерных тарифов на оплату потребленной электроэнергии, в соцсетях прозвучал контрдовод: вместо того, чтобы увеличивать нагрузку на добросовестных плательщиков, не справедливей ли было бы добиться резкого повышения собираемости оплаты за счет уклонистов от нее? (Правда, на протяжении всего послевоенного времени это не удалось сделать ни одной властной команде – поднять собираемость выше половины).

Но вот на днях начальник управления сбыта «Черноморэнерго» Инал Лазба привел в СМИ такие факты, что жители села Араду Очамчырского района с января по июнь 2021 года не заплатили за электричество ни одного рубля, а жители соседних сел Джал и Гуп заплатили за полгода всего, соответственно, 6900 и 8600 рублей. Лазба назвал такую картину с собираемостью катастрофической. И что же? Вскоре в интервью тому же СМИ глава администрации села Джал Алиас Акаба объяснил:

«Изыскать с крестьянина деньги, которых у него нет, невозможно… У большинства жителей просто нет денег». Интересно, что многие интернет-комментаторы его поддержали. Правда, встретилось и такое ехидное возражение: «Тем не менее почти у всех находятся деньги, чтобы платить за сотовую связь. А еще можно не сомневаться, что в большинстве регионов мира крестьяне мечтают о таких природно-климатическим условиям, в которых живут в названных селах. И там не могут заработать, чтобы оплатить электричество? А может, все дело в круговой поруке: почему, мол, я должен платить, если мои соседи не платят?»

Вчера на рабочем совещании у президента Абхазии Аслана Бжания с участием членов правительства и глав администраций городов и районов секретарь Совета безопасности республики Сергей Шамба в целях экономии электроэнергии предложил отключать ночью на несколько часов интернет, поскольку добыча криптовалют без него невозможна. Казалось бы, вполне разумно: как поется в детской песенке, «должны все люди ночью спать», а пострадает только и так находящийся нынче под запретом в Абхазии майнинг криптовалют. Но один из комментаторов в соцсетях тут же возмутился: он, мол, привык смотреть ночью телевизор, а тот у него работает через интернет…

Дальше – больше. Сегодня в СМИ появились сообщения, что 12-13 июля МВД Абхазии совместно с Госстандартом в Очамчырском районе были проведены рейдовые мероприятия по выявлению и изъятию незаконного оборудования для майнинга криптовалют. В городе Очамчыра и близлежащих селах выявлено и изъято 569 аппаратов. А еще – что вчера в селе Араду напротив автозаправки у республиканской трассы на протестную акцию вышли люди, занимающиеся добычей криптовалют, почти со всех сел района и из райцентра.

А еще раньше, вчера вечером в соцсетях появились возмущенные сообщения о том, что в Очамчырском районе правоохранители устроили настоящий беспредел, врываясь в дома и изымая по 5-10 аппаратов по добыче криптовалюты. (Здесь можно усмотреть связь с упомянутым совещанием, где от руководителей на местах потребовали ужесточения борьбы с незаконным майнингом, пригрозив отставками). До этого владельцы майнинг-ферм, и крупных, и мелких, предпочитали помалкивать в соцсетях, но тут посыпались такие комментарии (разумеется, под никами):

«Так и до Сухума дойдут»;
«Пальбу открою на поражение. Только приблизьтесь. Всех положу… Клянусь, что это не угроза. Это просто уже предел моего терпения. Власти лучше умерить свой пыл и угомониться».

Прозвучали и следующие доводы:

«Сперва изъяли бы у кого по 100-300, а потом у кого по две штучки, но, как в басне, у сильного всегда бессильный виноват...»

Пользователи, которые давно упрекали власть в недостаточной решительности в борьбе с майнингом, половинчатости принимаемых мер, сперва, похоже, опешили, но потом все же, в свою очередь, возмутились:

«И что же теперь делать?! Продать Родину?! Обвалить энергетику?! Как-то же надо исправлять ситуацию! А мы, которые не побежали покупать на последние деньги майнеры, в чем провинились, что вынуждены сидеть без света даже летом?»;
«Изъять надо и у тех, и у других! Если в каждой семье будет по два аппарата, то это полный обвал нашей энергетики, да и страны следом!»;
«100 хозяйств по два аппарата ничем не отличаются от одного, где 200»;
«Чувствую, что если бы начали с крупного майнинг-фермера, во всеуслышание объявив его имя, все равно бы зазвучали чьи-то вопли: почему именно с этого начали, а не с других?»

Виталий Шария

Эхо Кавказа

 

Интересная история

На днях в дом к моей соседке Астанде пришел контролер из службы электросетей. Она провела его к счетчику, как обычно он вывел цифру и предъявил счет, при этом добавил в очень грубой форме: «Когда собираетесь отдавать долг за электроэнергию? Он превысил уже более 25 тысяч за эти годы. Вы являетесь злостными неплательщиками, если в ближайшее время не погасите хотя бы часть, мы будем вынуждены обратиться с иском в суд». Астанда в недоумении не нашла нужных слов, ответив, что, скорее всего, он что-то напутал, так как они исправно платят за электроэнергию в назначенный срок. На что ей контролер сказал: «Если бы платили исправно, такая сумма не набралась бы. Приходите к нам, и там все вам объясним, поднимем все документы». С этими словами он ушел, а у Астанды в голове крутилось только одно: «Какой суд? Как же стыдно, почему так?». Астанда – молодая невестка, в этом доме как три года. А вопросами оплаты за коммунальные услуги, несмотря на преклонный возраст, занимались исключительно ее свекор и свекровь. Так уж у них было заведено. В прошлом году ее свекор вернулся из службы электросетей с квитанцией. «Задолженностей у нас за этот год нет. Я все оплатил. Как деньги брать, они берут, а свет у нас всегда плохой», – говорил он с возмущением. В этом году из-за болезни они этим не занимались. И в момент прихода контролера Астанда не стала беспокоить старших, но ей не терпелось взглянуть на все квитанции. Свекру ничего сказать она не могла, а свекрови все объяснила. Пока старшие были в поисках квитанций, Астанда в спешке позвонила супругу и заявила, что им грозит суд…

И только к вечеру все выяснилось. По возвращении домой супруг Астанды объявил, что отныне лишает отца права заниматься вопросами оплаты за коммунальные услуги и пенсии на три месяца (конечно же, в шутку). На самом деле, ему объяснили, почему при своевременной оплате у них накопилась такая сумма. Все дело в том, что свекор Астанды, – дедушка Аркадий, не вносил всю сумму за пользование электроэнергией. Когда ему предъявляли счет за год, к примеру, в 5 тыс., он очень бурно реагировал, говорил, что это очень большая сумма, и он заплатит только 1500 руб. Из уважения к его возрасту работники электросети не перечили ему, но при этом долг оставался не погашенным. Оказывается, такая ситуация сложилась и по оплате за остальные коммунальные услуги. Одним словом, семье пришлось выложить крупную сумму. Благо, что в летний курортный сезон у супруга Астанды появился дополнительный заработок, хотя она так рассчитывала, что сможет поменять в доме мебель. Теперь мебель подождет, главное – обошлось без суда!

Мадина Тарба, собкор газеты «РА» по Гагрскому району

Газета "Республика Абхазия"

 

При обсуждении в парламенте ситуации в энергетике Абхазии министр экономики и вице-премьер Кристина Озган заявила о том, что Бзыбский завод железобетонных изделий, который является государственным предприятием, потребил электроэнергию на 32 млн рублей и является крупным должником. Ответственность за ситуацию она возложила на нынешних оппозиционных политиков, указав, что это случилось в тот период, когда «один руководитель, который сейчас возглавляет политическую партию, был начальником РЭС Гагрского, а другой возглавлял профильное министерство». На следующий день госкомпания «Черноморэнерго» выступила с опровержением, заявив, что Гагрский филиал «Черноморэнерго», руководителем которого был Тимур Гулия, председатель оппозиционной партии «Аруаа», не мог нести ответственность за пресечение незаконных подключений и погашение задолженностей за потребленную электроэнергию Бзыбским ЗЖБИ.

Сам Тимур Гулия пояснил «Эху Кавказа», что филиал РУП «Черноморэнерго» города Гагры не обслуживал территорию ЗЖБИ, так как она не находилась на балансе госкомпании, следовательно, не мог нести ответственность за его несанкционированное подключение и оплату задолженности. В то же время он сообщил, что незаконное потребление и образование задолженности находилось в зоне ответственности гагрского филиала «Энергосбыта», который выявил и пресек незаконное потребление, определив сумму задолженности. О большом долге ЗЖБИ перед энергетиками говорил на заседании кабмина и премьер-министр Александр Анкваб.

Неработающее предприятие Бзыбский ЗЖБИ стало притчей во языцех, и вокруг него закипели политические страсти. В ситуации помогал разбираться наш «Гость недели», депутат парламента Гарри Кокая, член двух комитетов – по аграрной политике и природным ресурсам и по государственно-правовой политике.

– Гарри, сейчас возникла полемика вокруг Бзыбского завода железобетонных изделий (ЗЖБИ) и его долгов. У Министерства экономики одна позиция, у госкомпании «Черноморэнерго» – другая, прокомментируйте в целом эту полемику, что происходит?

– Эта полемика началась на нашем комитетском слушании из-за высказываний вице-премьера…

– Вы имеете в виду Кристину Озган?

– Да, Кристину Озган, которая была у нас на комитетском слушании. Я считаю, что это высказывание было ничем не обосновано, оно было с политическим окрасом, цель его была не в обсуждении проблем энергетики. Весь посыл был к тому, что прошлая власть делала что-то плохо, а сейчас они якобы хотят на них повесить то, что было сделано. На самом деле, когда делаешь какие-либо заявления, надо оперировать фактами и документами. А мы видим, что на следующий день дает комментарий руководитель «Черноморэнерго» и говорит, что эти заявления ничем не были обоснованы. Они пришли вместе, рассказывали нам об одной позиции, а на следующий день выяснилось, что позиции у них разные. Но на заседании парламента руководитель «Черноморэнерго» никак не прокомментировал это заявление. Видимо, люди были оскорблены заявлением, в котором она имела в виду председателя партии, как я понимаю, речь шла о Тимуре Гулия. И, наверное, когда они стали разбираться, поняли, что были не правы.

– Гарри, а в чем, собственно, суть этого дела?

– Вопрос объекта ЗЖБИ и раньше обсуждался в парламенте, это резонансный вопрос, он был главным аргументом в запрете майнинга криптовалют, потому что ЗЖБИ потреблял большое количество энергии, но не было запрета на деятельность, у него были официальные технические условия. А госкомпания «Черноморэнерго» не имела никаких правовых инструментов, чтобы прийти и отключить его.

– Какого рода деятельность была на этом заводе, на что этот железобетонный завод потреблял энергию?

– Здесь происходило то, что там майнили. Руководитель «Черноморэнерго» в то время, увидев такие большие нагрузки у себя в сетях, поднял тревогу. Обесточить завод они не могли из-за того, что от одной с ним линии питалось население. Когда они привели это в порядок, они его обесточили, это было в 2018 году. Помимо того, что они его обесточили, на этот завод была начислена та сумма, которую озвучивала Кристина Озган, сумма 32 млн рублей легла долгом на эту организацию. Было понятно, что там имел место майнинг, руководство «Черноморэнерго» несмотря на то, что не было правовых и технических норм, с этим боролось. Но на этом слушании Кристина Константиновна преподносила эту ситуацию как главное зло в проблемах энергетики, чтобы люди услышали: вот, что творилось.

У меня другой вопрос, очень резонный и обоснованный: в прошлом году, в 2020-м, перерасход электроэнергии был почти 500 млн киловатт/часов по отношению к 2019 году, это были нагрузки полностью по майнингу, я у них хочу спросить: «А на кого был начислен такой объем электричества, который потреблен, и куда эта потребленная электроэнергия делась? Осталась ли она долгом?» Как мы знаем, она просто была похищена, так как не была нигде зафиксирована. В случае ЗЖБИ, по крайней мере, есть возможность прийти сегодня или завтра на это предприятие, это вопрос изъятия у должника денег фискальными органами, которые наложили такую огромную сумму долга. 32 млн рублей – это огромная сумма, но есть возможность ее получить, если поработать. А в этом случае, где 500 млн киловатт/часов просто пропали, мы даже никому не можем это предъявить. И даже завтра, если будет эффективное управление в «Черноморэнерго», у них не будет ни методов, ни способов, чтобы забрать эти деньги, потому что эти миллионы киловатт просто пропали. Это является открытым хищением, настоящее преступление было совершено. Прокуратура, наверное, должна обратить на это внимание. Даже если брать по тарифу 40 копеек за киловатт/час, – это большая сумма выходит, но мы хотим считать по тем тарифам, которые предлагала Кристина Константиновна при легализации майнинга, – это полтора рубля. Тогда сумма будет 700 млн рублей в год, которые просто пропали, их нет, и некого за это посадить, ни на кого это не начислено. Вот самое страшное преступление, а не то, о чем она говорила, пытаясь уличить кого-то. А тот факт, что на второй день информацию вице-премьера опровергала ее подведомственная организация, говорит о некомпетентности и несогласованности.

Приведу и другие цифры по собираемости платежей за электроэнергию. У нас потребление с двух миллиардов киловатт выросло до двух с половиной миллиардов киловатт, а собираемость платежей за 2020 год снизилась. В 2019 году мы потребили 2 млрд кВт/час и собрали 360 млн рублей, а в 2020 году, когда мы потребили 2,5 млрд кВт/час, мы собрали на 46 млн рублей меньше. Это просто страшные цифры. Они еще раз подтверждают неэффективность управления, неправильные подходы, неправильные расчеты. Это уже даже доказывать не надо, уже даже стыдно об этом говорить. Но я хочу напомнить уважаемым представителям исполнительной власти, что они уже больше года находятся у власти, и все их заявления должны основываться на достоверных источниках. А сегодня ты приходишь в законодательный орган, сидишь и рассказываешь, что где-то произошло хищение, преступление, называешь ответственных, а на второй день руководитель «Черноморэнерго» дает опровержение. Надо призвать их прекратить уводить технические проблемы в политическую плоскость. Советую им заниматься решением проблем, потому что мы стоим на грани катастрофы в этой отрасли, и лучше пусть остановятся.

– Гарри, уточните: эти пропавшие неизвестно куда 500 млн киловатт электроэнергии в какое время испарились и кто, по-вашему, должен нести ответственность за то, что сложилась такая ситуация, что они нигде не зафиксированы?

– Спасибо за вопрос. Это период начала 2020 года до 2021 год. За год мы потеряли 440 миллионов киловатт часов. Я думаю, что ответственность должны нести те люди, которым государство доверило стратегическую отрасль. На такие ответственные должности должны приходить профессионалы, с опытом работы, но в данном случае это не произошло. Отрасль на самом деле ветхая, проблемы не сегодняшнего дня, и с этим никто не спорит. Просто нагрузки, которые росли из года в год, были в рамках 4-5%. Это нормальная практика, и во всем мире рост идет именно такой. В рамках роста на 4-5% мы находились 5-6 лет, но эти 4-5% критикуют так, как будто в этом была вся проблема. Но, когда мы подошли к 2020 году, произошла катастрофа, и объем потребления увеличился в 10 раз. Это сократило жизнь нашей энергетики примерно лет на 15. Если бы мы шли прежними нагрузками, то мы бы к этому пику подошли, возможно, через 15 лет.

– Скажите, с чем вы связываете такой катастрофический рост потребления? Это только майнинг?

– Причина в том, что в 2020 году приняли решение легализовать майнинг, хотя сейчас нам говорят, что это не легализация, а регулирование. По факту же мы видим абсолютно другое. Когда ты принимаешь решение, надо же сделать анализ, надо прогнозировать, и Министерство экономики должно это делать, это его первостепенная задача, и на ментальность надо смотреть. Мы же знаем, что у нас в сфере строительства происходит. Люди сначала что-то строят, а потом идут оформлять документы, это уже в практику даже вошло, ну, мы так живем. Они понимают, что за это никто их не посадит, это, в принципе, легальная деятельность: сначала построить магазин или дом, а потом собрать документы. В случае легализации майнинга для нашего населения произошло то же самое. Они начали строить фермы, потом по правилам, которые расписал кабинет министров, им надо было регистрироваться в Министерстве экономики, потом идти в таможню, потом в «Черноморэнерго» получить техусловия. Но наше население пошло обычным путем, как и всегда. Но ведь путем прогноза можно было определить, что вырастут нагрузки. Когда они принимали решение о легализации майнинга, мы это озвучивали в парламенте, у нас 21 сентября уже был выбран практически весь ресурс электроэнергии, мы можем потреблять в год примерно 1 млрд 900 млн киловатт в рамках 40%. У нас уже ничего не оставалось. «Если вы легализуете то, что увеличивает потребление, тогда что вы хотели продать майнерам? – у меня такой к ним вопрос. – Какое количество киловатт, которых не было?»

Если ссылаться на какую-то ошибку, то можно посмотреть предыдущие годы – 2013, 2015, 2016, мы в рамках наших 40% заходили выше и потребляли 41, 42, 43%, но не бывало такого, чтобы у нас оставались излишки. Всегда был какой-то дефицит из-за недостатка воды и низкой генерации, который мы покрывали за счет перетоков. Просто надо было заглянуть в архивные данные, посмотреть, и стало бы понятно, что нам нечего продавать майнерам в принципе. Помимо того, что нам по количеству нечего продавать, у нас еще и передающих возможностей нет. Много раз приезжали разные эксперты, оценивали состояние энергетики, комиссия парламентская создавалась, и оценка была такая, что у нас вся энергетическая система на 80% изношена, все линии и трансформаторы устаревшие, необходим большой ремонт. Поэтапный, а не как сейчас говорят, что надо разом найти 20 млрд рублей и все восстановить. Старое оборудование не могло выдержать новых нагрузок, это тоже логично, надо было просто провести анализ.

– На последнем заседании по энергетике прозвучало предложение запросить у России переток и продавать электроэнергию майнерам по коммерческой цене. Как к этому предложению относятся представители исполнительной власти? Как, по-вашему, может ли это быть выходом из сложившегося положения?

– Идея получать электроэнергию из Российской Федерации и не в наши сети, а обособленно, довести ее до нашей территории и дать майнерам какую-то альтернативу, у нас возникла, когда мы занимались ужесточением административной и уголовной ответственности в связи с майнингом. Нам было понятно, что будет трудно всех майнеров найти и сделать так, чтобы и меры принуждения работали, и какая-то альтернатива была. Если это реализовать, можно было бы снять нагрузку от этого вида деятельности с наших сетей. Мы долго рассуждали и пришли к мнению, что у нас есть приграничные подстанции, которые работают только на период перетока.

– О каких подстанциях речь?

– Например, подстанция «Гечрыпш», которая может принять до 50 Мегаватт, и там ЛЭП-110 идет, которая была построена в 2017 году. Она запитывает часть Гагры, когда мы получаем переток. Идея была в том, чтобы увеличить трансформаторные мощности, договориться о коммерческой цене с российскими партнерами, поставить там дата-центр, то есть фермы, и пригласить всех местных майнеров, чтобы они работали и оплачивали электроэнергию по коммерческой цене, но в то же время выгодной для всех. Эту идею прорабатывают в правительстве, по нашей информации, уже месяца три и еще не довели до конца, но это хорошая альтернатива в будущем для майнеров. Еще хотел бы добавить, что эта идея в исполнительную власть попала именно от депутатов парламента.

– Когда речь идет о продаже энергетики, есть ли у вас понимание, кто хочет купить энергетику, что именно хотят купить, по какой цене и какой в этом для Абхазии смысл?

– Очень интересный вопрос. На самом деле о продаже энергетики никаких официальных заявлений ни разу не было. Это выводы, которые делаем мы и общество, так как очень много говорят об инвестициях и изменении закона об энергетики. В частности, той статьи, где говорится, что энергетика, все линии и подстанции являются собственностью государства. Но, если говорить об инвестициях и привязывать к этому изменение нашего закона, тогда все делают выводы о том, что речь идет о продаже. Кто хочет купить? Никакие предложения не поступали в парламент точно. Мы услышали об этом от нашего многоуважаемого посла. Он заявлял о том, что какие-то договоренности есть. Мы обратились в кабинет министров, и оказалось, что никаких договоренностей ни с кем нет, нет ни покупателей, ни продавцов, это все на уровне слухов. Но мы хотим предостеречь правительство и тех, кто занимается этим вопросом и поставил цель что-то продать: мы не позволим лишить народ права на будущее, так как энергетика является основой нашей жизнедеятельности, основой функционирования экономики и напрямую связана с нашей независимостью, – это прямые национальные интересы. А все остальные предложения, если они будут, надо изучать и рассматривать с точки зрения выгоды нашего государства и народа.

Некоторые, рассуждая, говорят, что инвестициям мешает наш закон. Это неправда, инвестициям мешает нестабильность в стране и в сфере энергетики особенно. Мы только что говорили, что у нас 500 млн киловатт куда-то могут пропасть. Вы можете представить себе здравомыслящего инвестора, который поднимет данные перед тем, как вложить деньги в эту отрасль, и увидит такое хищение? Разве он захочет вложить хотя бы рубль? Понятно, что каждый инвестор хочет получить выгоду от своих инвестиций, а что может стать гарантом возвращения его инвестиций? Наше «Черноморэнерго» или наше правительство, которое принимает ужасные решения в этой отрасли? Именно это и мешает инвестициям, у нас нет понятных правил, нет даже учета абонентов, мы не знаем точно, сколько их у нас. И как привлечь инвестора в такой бардак? Это практически невозможно. Любой нормальный здравомыслящий инвестор хочет, чтобы были четкие правила, по которым должны играть все, обе стороны. И тогда мы сможем им выставлять требования, которые нам выгодны. Я считаю, что разговор об инвестициях неуместен и обсуждать нечего, пока мы порядок не наведем внутри. Когда мы наведем порядок, тогда уже будем на паритетной основе разговаривать как полноценные партнеры. А стоять с протянутой рукой и просить инвестора, – это уже не партнерство, в такой ситуации ты придешь к продаже, потому что ты – несостоятельный. И это в любом бизнесе так.

Елена Заводская

Эхо Кавказа

 

Неработающий завод железобетонных изделий задолжал «Черноморэнерго» более 32 миллионов рублей за потребленную электроэнергию.

Дело в том, что на территории завода, расположенного в поселке Бзыпта Гагрского района функционировала крупная ферма по добыче криптовалюты. Об этом сообщила на заседании правительства 30 июня министр экономики Кристина Озган при вынесении на рассмотрение постановления, согласно которому, имущественный комплекс завода возвращается в структуру Министерства экономики, в ведомство «Абхазстроя».

Как пояснил руководитель аппарата кабинета министров Давид Сангулия решение о передаче Госкомимуществу имущественного комплекса завода железобетонных изделий было принят 8 октября 2019 года с нарушением регламента и без согласования с министерством экономики. Поэтому правительство приняло решение отменить данное постановление и вернуть объект в структуру министерства экономики. Кто оплатит долг за потребленную электроэнергию «мы будем разобраться», сказала Озган.

В ходе заседания премьер-министр Александр Анкваб озвучил еще ряд бюджетных организаций, которые задолжали крупные суммы за потребленную электроэнергию в сумме порядка 93 миллионов рублей.

Среди должников он назвал МУП «Сухумский Водоканал» – 18 896 000 рублей, Управление образования Сухума – 3 000 000 рублей, Министерство обороны – 1 107 000 рублей, Государственный таможенный комитет – 70 000 рублей, Банк Абхазии – 131 000 рублей, Генеральная прокуратура – 124 000 рублей, Государственная служба охраны – 116 000 рублей, Министерство здравоохранения – 108 000 рублей, Министерство по налогам и сборам – 45 000 рублей, Государственный комитет по спорту – 39 000 рублей, Администрация Сухумского района – 38 000 рублей, Кабинет министров Абхазии – 30 000 рублей.

Нужная газета

 

Страница 1 из 39