«А чего я тут стою, такая холодная и вот уж как три дня никому не нужная», – подумала машина, принадлежащая главе администрации Ткуарчальского района Аиде Чачхалия, припаркованная трое суток на улице. И, решив подогреть свой по-февральски холодный двигатель, загорелась ярким пламенем.

Хотите – верьте, хотите – нет, но именно такую версию предложили абхазские криминалисты журналистам после того, как 16 февраля в четыре часа утра сгорела машина Аиды Чачхалия. По словам криминалиста, на которые ссылается информационный сайт, первым сообщивший новость, «предварительные данные указывают на самовозгорание».

При дальнейшем прочтении выясняется, что предварительные данные, на основании которых делает вывод эксперт-криминалист Ираклий Кетия, – это то, что «ничего подозрительного или указывающего на поджог» не обнаружено. Видимо, рядом с машиной не стояла канистра с бензином или керосином, и на лобовом стекле машины никто не оставил свои координаты – имена, телефоны, адреса. В общем, «ничего подозрительного», кроме машины, которая сгорела в 4 часа утра, эксперт-криминалист не обнаружил.

Почему такое внимание к словам эксперта, который согласился сразу после пожара дать комментарий информационному агентству? Потому что это сигнал обществу, означающий, что дальнейшее расследование этого «возгорания» будет производиться по обозначенной экспертом-криминалистом версии о самовозгорании.

Кстати, на этот случай у них уже отработана и специальная заготовка: «У нас в стране нет специальной технической экспертизы, после которой было бы возможно более тщательно и детально описать произошедшее». Это говорит эксперт-криминалист. При произнесении этой фразы главное знать законы жанра и не забыть начинать ее со слов «к сожалению». В этом месте можно даже опустить глаза, тогда роспись в своем бессилии будет выглядеть более убедительно.

К сожалению, у них нет специалистов, и они не могут установить причину возгорания отнюдь не только автомобиля главы администрации района Аиды Чачхалия. У них нет специалистов, чтобы установить, по какой причине на ровной трассе врезался в скалу и загорелся бронированный автомобиль Audi, принадлежавший главе Национального банка Иллариону Аргун. У них нет специалистов, чтобы определить, почему среди бела дня на набережной Сухума загорелся и взорвался автомобиль депутата парламента Алмаса Джопуа. У них нет специалистов, чтобы определить, кто поджег автомобиль кандидата в депутаты парламента Батала Айба.

«К сожалению», «к большому сожалению», к «великому сожалению»… они так сильно сожалеют… Всего-то четверть века как закончилась война, а у них все еще нет никого, кто может выступить в роли специалиста в криминалистике, профессионала в лингвистике, экономиста и юриста, которые раскроют очевидные коррупционные схемы, эколога, который даст заключение о вреде, нанесенном природе, дактилоскописта, который сличит отпечатки. В этой пустоте так удобно шокировать безумными версиями – сам загорелся, сам врезался, сам убился, сам удавился в следственном изоляторе, сам развалился, загрязнился, утопился … Это прекрасное объяснение для оправдания полного бездействия, и, самое главное – никто ни в чем не виноват. Десятилетиями горят автомобили, а у них все нет технической экспертизы.

Любопытно, что у такой версии нашлись сторонники, которые на просторах соцсетей, подтверждая идею эксперта-криминалиста, подробно рассказывают о том, от чего самовозгораются машины. Десять причин, двадцать причин. Кто больше? Защитники самовозгорания забывают только о деталях: «автомобиль, хранящийся на стоянке», не может загореться сам, «если после выключения двигателя прошло более часа летом и более получаса зимой». В случае с возгоранием автомобиля, принадлежащего главе администрации района, прошло трое суток. Не надо быть экспертом-криминалистом.

Мне близка тема «самовозгорания». Когда в 2013 году, и опять же в 4 часа утра, «возгорелась» моя машина, припаркованная у дома, были все признаки поджога – и канистра, и пятна горючего, и многое другое. Следствие вынуждено было констатировать поджог и… на этом завершило свою работу.

Так что машины в Абхазии горели и будут гореть по причинам, указывающим и не указывающим на поджог, с экспертизой и без нее, – до тех пор, пока поджигатели будут знать, что в любом из случаев они не понесут никакой ответственности за совершенное преступление. И это уже не только о поджогах машин.

Изида Чаниа

Эхо Кавказа

 

На конкурс Союза журналистов Республики Абхазия.

КРЕДИТ ДОВЕРИЯ – САМЫЙ ДОРОГОЙ КРЕДИТ

(Окончание. Начало здесь)

Председатель правления КБ «Сбербанк Абхазии» Роберт Агрба:

– Мне часто задают вопрос: «Почему в Абхазии нельзя взять кредит?» На самом деле люди, этот вопрос задающие, никогда лично не интересовались, так это или нет, а просто руководствуются слухами. Коммерческие банки Абхазии выдают кредиты. У каждого банка свои условия. Все зависит от целого комплекса факторов – какая запрашивается сумма, какие у нас возможности. Только в нашем банке ежедневно кредиты получают 10–15 человек. В основном это потребительские кредиты – от 100 до 300 тысяч рублей под 36 % годовых, соответственно под 3 % в месяц. При том, что у нас в Абхазии дефицит денежной массы, не стоит считать такие проценты высокими. Насколько мне известно, люди в сложных ситуациях идут на то, чтобы брать с рук деньги в долг под 120 % годовых и возвращают в месяц 10 %.

Для выдачи кредитов мы используем привлеченные средства, деньги наших вкладчиков, наших клиентов. Сегодня нашему банку доверяют свои деньги тысячи людей. Деньги мы принимаем под проценты, которые варьируются в зависимости от доверенной нам суммы. Максимальная ставка по вкладу на настоящий момент – 15 % годовых.

– Каковы условия выдачи потребительского кредита в вашем банке?

– Прежде всего мы проверяем кредитную историю обратившегося к нам человека, уточняем, нет ли у него задолженностей – в том числе и за коммунальные услуги, вовремя ли он платит за квартиру, а если он брал кредиты прежде, то как погашал их, не было ли задержки.

Люди берут кредиты на развитие небольшого бизнеса, для проведения мероприятий, в том числе и свадеб. В этих случаях мы выдаем суммы от 300 тысяч до 1 000 000 рублей (если, конечно, располагаем соответствующими средствами). В этом случае кредит должен быть обеспечен недвижимым имуществом, но не тем, в котором проживает наш заемщик (это прописано в Законе), дорогой машиной. Правда, в нынешних условиях мы стараемся не рассматривать автомобили в качестве предмета залога. Выдаются такие кредиты на срок от полугода и на более длительный срок в зависимости от суммы.

У нас есть такие виды кредитов, как «зарплатный» и «пенсионный». По условиям этих кредитов, мы можем выдать от 150 до 300 тысяч рублей нашим бюджетникам и пенсионерам – держателям карты «APRA», которые обслуживаются в нашем банке. Оформляются кредиты на оговариваемый срок при наличии одного или двух поручителей, которые также являются держателями карты «APRA» Сбербанка РА и имеют доход, поступающий на карту (это может быть пенсия или зарплата), не меньше, чем доход потенциального ссудозаемщика.

– Как вы поступаете, если заемщик не может вернуть долг в срок? Ведь такие случаи бывают?

– Мы стараемся не допускать подобных прецедентов. Стараемся очень тщательно проверять каждого потенциального заемщика, чтобы избежать проблем. Все бывает, были случаи, когда мы пролонгировали кредиты. Конечно, в истории Сбербанка РА и такие случаи бывали, когда приходилось подавать в суд. Теперь же появилась служба судебных приставов (и мы очень это приветствуем). Хотя, конечно, у нас принято в случаях, когда не могут вовремя погасить кредит, обращаться к уважаемым родственникам и даже к представителям руководства страны с просьбой продлить кредиты.

– Не секрет, что миллионы рублей, взятые в свое время в качестве кредитов в банках Абхазии, до сих пор не вернулись в казну государства. И ваш банк, насколько я знаю, не исключение. Но вот несколько лет назад люди стали возвращать долги. То есть наши граждане проявляют сознательность и как только находят деньги, возвращают их. Это так?

– Тенденция к возвращению долгов государству действительно прослеживается. И в наш банк тоже приносят деньги, взятые много лет назад. Есть случаи, когда разорившиеся люди смогли снова наладить бизнес, и они возвращают взятые суммы, но в большинстве случаев мы возвращаем старые долги благодаря очень серьезной работе судебных приставов. Вот недавний случай. В Гагре мы арестовали гостиницу, сейчас она находится у нас на балансе, ее охраняют. Мы не можем получать доход с этой гостиницы прямо сейчас, ведь курортный сезон завершен. Прежний владелец обратился с просьбой не продавать ее, обещал найти деньги и вернуть кредит.

– К сожалению, во все времена существует категория людей, для которых мораль и деньги – это как понятия из разных миров. Бывают случаи, когда люди готовы умереть, чтобы не носить клеймо позора, если не были способны погасить кредит, и в то же время есть и такие, для которых (особенно после перестройки, после нашей войны) эффект так называемых «легких» денег посеял в сознании иллюзию, что можно и не заплатить.

Действительно, надежда, что можно не вернуть взятые деньги, что долги прощены, иллюзорна. У нас все записано, и надо нести ответственность за взятые кредиты и как можно скорее их возвращать. И тем самым возвращать свое доброе имя.

Председатель правления КБ «Сухумбанк» Даут Агрба:

– Наш банк – из числа старейших в современной Абхазии. И даже лицензия у нас под номером 1. И некоторые наши сотрудники работают со дня основания банка.

Что касается специфики кредитования, то в условиях Абхазии существует немало нюансов. Касается это механизмов по обеспечению и возврату кредитов. Мы осторожны в вопросах кредитования, тем не менее кредитование было и остается важным направлением нашей деятельности.

«Сухумбанк» принимал участие в государственных программах кредитования, в частности, по поддержке малого и среднего бизнеса (программа была запущена в 2014 году). Всю работу по кредитному направлению ведет соответствующий отдел во главе с Эсмой Герия. Сотрудники отдела анализируют кредитную историю заемщика, готовят документы. Судьба этих кредитов разная: у кого-то получилось все, что они задумали, у других – не получилось. Суммы были предусмотрены до трех миллионов, но под эту категорию после тщательной проверки никто не попал. В основном мы выдавали кредиты по 500 000 и 1 000 000 рублей. Участники Программы предоставляли свои бизнес-планы, которые проходили проверку в Национальном банке Республики Абхазия (для этого было создано даже соответствующее подразделение). В рамках этой программы наш банк обслуживал проекты по строительству небольших предприятий, магазинчиков, мини-цехов – по производству пельменей в частности и т.д., а Сбербанк Республики Абхазия обслуживал сельскохозяйственные проекты.

К тому же в нашем банке существуют кредиты под заработную плату, под зарплатную карту «APRA», еще мы работаем с магазинами, которые продают мебель и бытовую технику. Желающим приобрести эти товары мы предоставляем кредит на определенных условиях. Человек может получить от банка 60 % от стоимости товара, если приобретает гаджеты или бытовую технику (телефоны, телевизоры). Тот, кто берет кредит под 5 % в месяц на пять месяцев, переплачивает максимум 25 %.

К сожалению, выдавать кредиты под 14-15 % годовых у нас не получается, потому что мы хоть и живем в рублевой зоне и пользуемся российской валютой, доступ к этим ресурсам у нас далеко не такой, как у российских банков.

– И под какой процент вы даете кредиты?

– Мы даем кредиты от 24 до 60% годовых, то есть от двух до пяти процентов в месяц.

Если же речь идет о так называемом зарплатном кредите, то в условиях договора четко прописано: три или шесть окладов (три – на полгода, шесть – на год). Конечно, при наших окладах это не такие уж большие деньги, но тем не менее. По нашим условиям, с карты списывается не вся сумма зарплаты, а лишь часть ее, самое большее – половина. При этом у заемщика должен быть поручитель – тоже работник бюджетной сферы, тоже держатель карты «APRA», получающий зарплату у нас в банке.

Организации мы кредитуем в исключительных случаях, если они реально работают, имеют обороты, и деньги выдаем на короткий срок. В качестве стартового капитала мы кредитов не выдаем. Для кредитования долгосрочных программ нужно иметь длинные деньги, которыми мы не располагаем.

– Из каких средств вы выдаете кредиты?

– Это и деньги клиентов, и деньги, присутствующие в капитале банка. Суть банковской деятельности ведь и заключается в том, чтобы рационально размещать привлеченные и доверенные нам средства. Деньги должны работать и приносить прибыль. И банку, и нашим вкладчикам. Основной доход наш банк получает из процентов.

– Если кредит не возвращен, каковы ваши действия?

– Если есть невозврат, суд при наличии соответствующих документов принимает сторону банка. Но вот с исполнением этих решений возникают трудности. По закону в случае неуплаты кредита в пользу банка отчуждается заложенный объект, а вот процедура реализации отчужденного у заемщика и переданного на баланс банка объекта так и не отработана. А ведь объект должен быть реализован, и вырученные средства переданы банку в качестве погашения кредита. Если вырученная от продажи сумма превышает сумму долга, то остаток средств передается собственнику. Но пока ни одного подобного случая не было – как я уже сказал, не отработан механизм реализации отчужденного имущества. Поэтому банки вынуждены притормаживать процедуру кредитования с залогами.

– Спасибо за разговор.

Юлия Соловьева

Газета "Республика Абхазия"

 

Несмотря на недавно введенный запрет на майнинг криптовалюты, Абхазия не собирается отказываться от проекта национальной криптовалюты. О перспективах блокчейна в Абхазии, а также о возможности разработки государственной программы социально-экономического развития в рубрике «Гость недели» рассказывает министр экономики Абхазии Адгур Ардзинба.

Елена Заводская: Адгур, прокомментируйте, пожалуйста, запрет на создание криптоферм и запрет на майнинг? Чем это решение обосновано?

Адгур Ардзинба: Это правильное и вынужденное решение было принято по поручению президента. Связано оно с тем, что у Абхазии есть проблемы в энергетике, в частности, большая изношенность линий электропередач и оборудования, в связи с этим возникает определенный дефицит. А в условиях дефицита возникает вопрос о приоритетах. И в части потребления электроэнергии приоритет номер один для государства – обеспечить электроэнергией население, особенно в зимний период. У нас нет газа и иных источников обогрева, поэтому жители и граждане Абхазии отапливают свои дома, используя электроэнергию. Наряду с этим приоритетом является обеспечение объектов здравоохранения, образования, потом бизнеса, предприятий и всего остального.

Е.З.: Скажите, пожалуйста, запрет на майнинг является временным явлением?

А.А.: Да, это ограничение является временным, оно будет действовать до того момента, пока мы все эти ограничения инфраструктурные не снимем. Если у нас появится возможность отремонтировать свои сети, инфраструктуру, если появится профицит, то мы сможем его на эту деятельность направить, ничего преступного в ней нет.

Е.З.: То есть вопрос не стоит так, что сейчас закончится сложный зимний сезон и летом майнинг можно будет возобновить?

А.А.: Насколько я понимаю, нет.

Е.З.: В связи с запретом на майнинг, поясните, пожалуйста, какова судьба технологии блокчейна и национальной криптовалюты в Абхазии? Будет она вводиться или нет? Отказались ли вы от этой идеи или нет?

А.А.: Это совершенно не связанные друг с другом вопросы. Они находятся в разных плоскостях и на разных полюсах. Многие люди из-за непонимания их связывают. Майнинг – это оборудование, которое включается в розетку, оно работает, подключается к общей системе, там происходят какие-то процессы, и за это вам платят деньги. От технологии блокчейна мы не отказываемся, это – некий концепт, который мы предлагали и предлагаем. Чтобы его реализовать, нужно принять целый пакет законодательных актов, соответствующую программу, изучить международный опыт, благо, он есть.

Е.З.: Есть ли у вас понимание, какие законодательные акты нам нужно принять? Какие изменения в законы внести?

А.А.: Конечно, у нас есть такое понимание. Есть изученные международный опыт и практика. Более того, у нас есть пакет проектов законов, который нам представлен российским блокчейн сообществом. Эти законы сегодня обсуждаются в Государственной думе Российской Федерации, и мы их тоже изучаем. Суть в том, что каждый день здесь все меняется. Сейчас курс по основным валютам снизился, это очень хорошо и говорит о том, что у криптовалют появляются настоящие признаки денежных инструментов. Не просто спекулятивный инструмент, когда люди покупают дешевле и продают дороже. Сегодня рынок стабилизируется, определяется плавающий курс и идет большее вовлечение. Я вам две цифры приведу: когда мы говорили об этой технологии впервые, общий оборот по данному глобальному рынку составлял около 137 млрд долларов в год. На сегодняшний день эта цифра перешагнула за один триллион долларов

Еще две цифры назову: когда мы об этом только начали говорить, самая большая сумма привлеченных инвестиций через ICO на тот период исчислялась десятками миллионов долларов в один проект. На сегодняшний день нам известны случаи, когда под один проект, в частности, Телеграмм, им Дуров занимается, он привлек, используя эту технологию, порядка двух млрд долларов. Более того, сегодня наш президент находится в Венесуэле на инаугурации избранного президента, за этот период Венесуэла ввела свою национальную криптовалюту, что позволило им привлечь в страну более 1 млрд долларов США. Я сравниваю цифры, которые являются иллюстрацией того, что сегодня уже есть готовые практика и опыт. И это нам позволяет делать какие-то уточнения и выбор.

Е.З.: Адгур, поясните, пожалуйста, какой смысл в национальной криптовалюте в глобальной технологии блокчейна? Она открыта, она глобальна, она прозрачна. Что дает именно национальная криптовалюта?

А.А.: По сути, это инструмент для привлечения инвестиций. Она находится в интернет-пространстве. Да, это глобальная система. Но для функционирования, содержания и реализации этого проекта не нужно потребление электроэнергии внутри страны. Вот почему я говорю, что эти вещи не связаны между собой. Все делается на базе глобальных систем. Я приведу вам пример. У Министерства экономики есть интернет-сайт, он находится в виртуальном пространстве, но визуально мы видим его здесь, в городе Сухуме, мы с ним работаем, он принадлежит нам. Но вся информация, которая загружена, хранится не в Абхазии, а где-то в пространстве далеко отсюда. Вот о чем идет речь, и вот почему эти вещи не связаны.

Теперь о том, какой смысл делать национальную криптовалюту? Смысл в том, что Абхазия, как и Венесуэла (почему я эту параллель и провожу), закрыта от мира в части привлечения международных финансовых ресурсов. У нас нет возможности получать кредиты из международных банков развития. Мы это предлагаем для того, чтобы каким-то образом привлечь ресурсы. А технология блокчейна, с одной стороны, прозрачна, а с другой стороны, никто не может вас ограничить перевести какие-то деньги или осуществить какие-то транзакции.

Если гражданин Китая захочет вложить полтора доллара в какой-нибудь абхазский проект, его никто не сможет остановить. И если людей, желающих вложить, будут миллионы, десятки миллионов, как это происходит сегодня с другими проектами, то эти деньги к нам придут физически, и их можно вкладывать в развитие инфраструктуры, в развитие экономики с использованием технологии блокчейна.

Е.З.: Извините, но я все равно не понимаю, какая фишка заключена именно в «национальной» криптовалюте?

А.А.: Я вам скажу, что это некий маркетинговый ход. Если мы возьмем обычный проект и скажем людям, давайте вкладывать в него деньги, есть риск того, что люди, мало знающие об Абхазии, не будут вкладывать. Но, если это будет исходить от государства, у людей, на наш взгляд, появится больший интерес к этому проекту. Более того, когда мы об этом говорили, не было прецедента, что государство эмитирует. Сейчас они уже есть, вот, например, Венесуэла.

Е.З.: Возможна ли эмиссия криптовалюты у нас и как она будет осуществляться?

А.А.: Разные есть вариации. Если использовать опыт Венесуэлы, там у них создан специальный орган, который занимается этим направлением. Они создали, разместили на рынке и привлекли свыше одного миллиарда долларов. Эта криптовалюта оказалась более востребованной, более устойчивой, чем их обычная национальная валюта. И они приняли решение привязать свою национальную валюту к той криптовалюте, которую выпустили. Можно идти таким путем, можно делать это через наш Национальный банк. Вариантов множество, когда мы, я надеюсь, подойдем к этому моменту, будем выбирать наилучший вариант для нашей страны.

Вопрос в другом. Вернусь к вашему первому вопросу про запрет майнинговых ферм. Это иллюстрация того, что государство не смогло вовремя отрегулировать вопрос. Ведь, когда мы первый раз говорили об этом направлении, в Абхазии уже существовали криптофермы. В СФТИ она точно была. Государство в этих условиях должно реагировать быстро, ведь, если есть определенная доходность от бизнеса, люди будут им заниматься, тем более что в нашем Гражданском кодексе есть статья 18, которая гласит, что любой вид деятельности, не запрещенный законодательно, разрешен. А государство должно моментально реагировать и определять рамки. Если бы мы в тот период определили эти рамки и сказали «нельзя», этого бы и не было.

Е.З.: Почему бы нам не ограничиться обычной абхазской электронной валютой, зачем нам создавать национальную криптовалюту?

​А.А.: Очень просто: абхазская простая валюта, в том числе и наш апсар, функционирует только на условиях, которые существуют. А это банковская система: банковские переводы, так называемый SWIFT, и вся финансовая система, которая сложилась. Мы от этой мировой системы отрезаны, мы не сможем перевести даже один доллар в любое государство мира без использования корреспондентских счетов в других странах. А блокчейн-технология существует вне этой системы, и ни Международный валютный фонд, ни Всемирный банк никак не смогут абхазскому государству навредить или воспрепятствовать получить или перевести деньги из любой точки планеты. Вот, в чем разница.

Е.З.: Хотелось бы с вами поговорить об еще одной теме. У нас на «Эхе Кавказа» прошли недавно материалы Центра стратегических исследований. Экономист центра говорила о том, что большую роль в выводе экономики из кризиса должна сыграть государственная программа социально-экономического развития. Она также говорила о том, что по закону «О государственном прогнозировании и программах» именно на Министерство экономики возложена задача эту программу разрабатывать. Скажите, пожалуйста, так ли это, принимались ли Министерством экономики какие-то усилия в этом направлении? И почему у нас этой программы нет, хотя закон был принят уже очень давно?

А.А.: В соответствии с законом Республики Абхазия «О государственном прогнозировании и программах социально-экономического развития Республики Абхазия» от 2000 года, нет такой нормы, которая бы обязывала Министерство экономики разработать государственную программу. Согласно постановлению кабинета министров от 2015 года, на наше министерство возложена обязанность разрабатывать государственные прогнозы социально-экономического развития. Кстати, мы сами и готовили это постановление. Но нельзя путать прогноз социально-экономического развития с государственной программой. Это совершенно несоизмеримые вещи. Программа – это документ, в котором на ту дистанцию, на которую она рассчитана, прописывается вся государственная политика. Это социальная и экономическая политика, образование, здравоохранение и все остальные направления жизнедеятельности государства. А прогноз социально-экономического развития – это тот индикативный план, который разрабатывается в части формирования данных, поступающих из районов Республики Абхазия. На базе Министерства экономики эти данные агрегируются и вносятся в кабинет министров. Вот что называется индикативным планом. Это совершенно разные вещи, поэтому здесь идет или подмена понятий, или непонимание норм закона.

Теперь что касается индикативного плана. В вашей публикации звучит мысль о том, что индикативный план должен быть основан на государственной программе. У нас есть закон «Об управлении в административно-территориальных единицах», и там есть такое положение: собрание района, депутаты утверждают годовой план социально-экономического развития. На основе этих планов, которые потом агрегируются как план одного из районов, условно говоря, план социально-экономического развития, это индикативный план Сухумского района, его там утверждают и присылают к нам. А мы все эти районные планы соединяем воедино, и получается республиканский индикативный план. Вот какова наша задача.

Если бы у нас была утвержденная государственная программа, в реализацию которой все органы власти – и местные, и республиканские – были бы вовлечены, тогда и на местах эта программа отражалась бы в тех прогнозах, в которых утверждается. Но опять же, т.к. это депутаты, у них есть конституционное право, и они могут не следовать этой программе, а могут принять другой план социально-экономического развития. Т.е. здесь у нас идет некое несоответствие. Но это нормальный процесс, и ничего страшного тут нет.

Еще раз повторю: нет закона, который говорит, что Министерство экономики обязано разрабатывать государственную программу. Министерство экономики не может планировать программу развития здравоохранения, образования, науки и всех остальных направлений, когда есть профильные министерства. Более того, даже по туризму и сельскому хозяйству есть соответствующие министерства, хотя это основные части экономики. И они должны делать свои отраслевые программы.

Е.З.: Т.е. вы не согласны с тем, что индикативный план в том виде, в каком он есть у нас сегодня, повторяет бесконечно инерционный сценарий, о котором они говорят?

А.А.: Не согласен. Мне иногда становится даже страшно, я начинаю опасаться, когда слышу такие вещи. Если бы об этом рассуждали люди, далекие от этой тематики, я бы понял. Но когда специалисты не понимают элементарных вещей, не понимают, что такое индикативный план…

Индикативный план с того момента, как развалился Советский Союз, когда у нас перестала существовать плановая экономика, это фактически сведения об итогах хозяйственной деятельности хозяйствующих субъектов. У вас есть компания или фирма, вы год провели с каким-то результатом, эти сведения собираются и за прошлый год, и за позапрошлый, и на основе этой динамики, с учетом конъюнктуры рынка внутри, с учетом внешних факторов, на основе динамики ваших данных составляется прогноз на следующий год. Но это никоим образом не директива, не обязательство предпринимателя придерживаться этих цифр, потому что есть Гражданский кодекс, и частный предприниматель как считает нужным, так и будет поступать. Это просто некий прогноз с погрешностью 10-15%. Это не инструмент влияния на экономику, это – база, на основе которой формируется доходная часть бюджета. Ведь на базе индикативного плана формируется не вся доходная часть государственного бюджета. А как же госпошлина, как же штрафы ГАИ и иные источники? Каким образом они могут найти отражение в индикативном плане? Здесь речь идет только о хозяйствующих субъектах. Все. А к расходной части бюджета индикативный план никакого отношения не имеет. Как расходуются эти деньги, куда они направляются, на содержание госаппарата или на дотации какого-то направления, этого в нем нет. В индикативном плане, в соответствии с законом, могут быть отражены государственные программы, если они есть, или какие-то отраслевые программы. У нас таких отраслевых и государственной программы пока нет, они там отражения сегодня не находят. Вот и все. А разработка таких программ – это прерогатива кабинета министров. Почему они это не делают, я вам сказать не могу.

Елена Заводская

Эхо Кавказа

 

Президент Республики Абхазия Рауль Хаджимба провел встречу с Президентом Республики Сальвадор Санчесом Сереном в ходе визита в Боливарианскую Республику Венесуэла.

Рауль Хаджимба отметил важное значение встречи с Главой государства Сальвадор.

«Мы придаем важное значение нашей встрече. Абхазия поддерживает связи с друзьями в различных регионах мира. Мы будем рады, если, наряду с Венесуэлой и Никарагуа, у нас будут добрые отношения и с Республикой Сальвадор»,- сказал Президент.

Санчес Серен отметил сходство народов Абхазии и Сальвадора в борьбе за независимость.

«Мы также, как и вы, боролись за свою свободу и добились ее. Я рад приветствовать делегацию Республики Абхазия. Это наша первая встреча, ознакомительная. Надеемся, что наши связи получат продолжение», - сказал Президент Сальвадора.

Рауль Хаджимба преподнес в подарок Санчесу Серену юбилейную монету Национального Банка Абхазии, выпущенную в честь 25-летия Победы и Независимости Республики Абхазия. Президент Сальвадора отметил символичность такого подарка, поскольку День независимости является важным государственным праздником Республики Сальвадор.

Рауль Хаджимба также пригласил Президента Сальвадора посетить Республику Абхазия.

Президент Республики Абхазия Рауль Хаджимба по приглашению Николаса Мадуро пребывает с визитом в Боливарианской Республике Венесуэла.

Официальный сайт Президента Республики Абхазия

 

 

О том, как появились и исчезли абхазские боны и для чего создавался первый абхазский кредитный документ, читайте в репортаже Асиды Квициния.

Асида Квициния, Sputnik.

Национальный банк Республики Абхазия 29 сентября 2018 года выпустил первую абхазскую банкноту "Владислав Арӡынба" (Владислав Ардзинба) номиналом 500 апсаров, приуроченную к 25-летию Победы в Отечественной войне народа Абхазии. Апсары имеют твердый эквивалент в российских рублях: один апсар равен десяти рублям Российской Федерации. Авторами абхазской банкноты стали  художники Батал Джапуа, Тимур Кайтан и дизайнер Стелла Садзба.

Международная конференция и выставка COINS 2018
© SPUTNIK
Международная конференция и выставка "COINS 2018"

Как рассказывал в интервью Sputnik председатель Национального банка Беслан Барателиа, в соответствии с законом "О памятных монетах", абхазская банкнота является платежным средством по ее номинальной стоимости. Но банкнота не может быть использована в качестве платежа в системе розничной торговли.

"В магазине расплатиться ей не сможете, но можно презентовать ее в качестве подарка на свадьбу или день рождения. При этом нужно понимать, что это не бумажка, а ценность, которая может быть обменена на рубли", — объяснял председатель в интервью.

Купюра № 1

Но в истории абхазских аппликаций это не первая купюра, которая была выпущена и использовалась в стране в качестве платежа. С 1917 по 1924 год в Абхазии выпускались собственные деньги.

Историк Анзор Агумава — один из немногих ученых, которые занимались изучением абхазских бонов. Агумава в своей статье  писал: "Почти во всех городах бывшей Российской империи стали печататься собственные деньги, в основном боны. Денежные суррогаты наводнили всю территорию бывшей империи. Не только городскими и республиканскими властями, но и многими общественными, торговыми организациями, и даже частными лицами, стали выпускаться собственные деньги. За период гражданской войны и строительства военного коммунизма было выпущено бесчисленное количество бонов".

Помимо этих денежных суррогатов обязательного и необязательного приема, в это время на территории Абхазии в качестве денежных платежей ходили следующие деньги: боны временного правительства "керенки", боны правительства юга России, боны ГДР (Грузинской демократической республики), дензнаки РСФСР, ЗСФСР, а также иностранная валюта – турецкие лиры, английские фунты стерлингов, американские доллары и прочее. Но больше всего в то время ценились "царские червонцы".

Бон сухумского Эллинского Общества

Боны служили кредитным документом и давали возможность получить какую-то ценность и продукты. С 1917 по 1924 годы в Абхазии были выпущены 22 вида бонов обязательного приема разного достоинства, 19 бонов выпустили общественные организации, необязательного приема было выпущено 68 бонов, говорится в статье историка.  Все боны до 1921 года выпускались достоинством от 1 до 100 рублей, а в период предшествующей денежной реформы 1924 года от 5 000 до 500 000 рублей.

Бон сухумского Эллинского Общества. Оборотная сторона

Анзор Агумава коллекционировал абхазские боны. Как рассказывает жена историка Таися Алания, до войны 1992-93 годов в доме у Анзора Агумава хранилась большая стопка абхазских бонов, но после войны квартиру семьи Агумава разграбили, и большая часть бонов была потеряна.

Абхазская бонистика

Изучением абхазских бонов также занимался кандидат исторических наук Лазарь Прицкер. Ученый считал, что историки недостаточно внимания уделяют абхазской бонистике.

"Изучение бонистики помогло нам расширить представление об экономической жизни Абхазии, дало сведения о руководителях организаций, выпускавших боны, способствовало воссозданию характера этого переломного периода, подчас в таких деталях, которые почти неуловимы и недоступны к передаче словами", — отмечал он в своей статье "История денежного обращения в Абхазии с 1917 по 1924 год".

Бон Бакалейно-табачной торговли

Как писал Прицкер, Первая мировая война сильно изменила экономику страны, перешедшей к денежно-бумажному обращению.

Бон Бакалейно-табачной торговли. Оборотная сторона

"После Февральской революции Временное правительство еще шире стало пользоваться бумажным станком, что в условиях уменьшения товарных запасов в стране означало рост разорения и нищеты народных масс. Однако, несмотря на миллиардные выпуски денег, в связи с ростом цен их не хватало. Особенно трудно было с разменными деньгами, что Абхазия начала ощущать уже в конце 1917 года. Это привело к местным денежным эмиссиям", — говорится в статье.

Бон Абхазского Союза Потребительских обществ. Оборотная сторона

Местные денежные эмиссии ухудшали финансовое положение в Абхазии. Запрет на выпуск денежных суррогатов стал последствием этого, но денежные эмиссии в стране продолжались до утверждения одной единой советской валюты.

Бон Абхазского Союза Потребительских обществ

"В апреле 1924 года Наркомфин Закфедерации обязал своих уполномоченных особо строго следить, чтобы кооперацией или какой-либо другой организацией не выпускались суррогаты денежных знаков. В результате реформы 1922–24 годов денежное обращение было унифицировано, в частности, были аннулированы совзнаки Закфедерации, прочно утвердилась новая твердая советская валюта", — писал Прицкер.

 

Страница 1 из 8
Обновление тарифов
Аквафон 06 Конструктор
Аквафон 05 Конструктор
Аквафон 04 Конструктор
Аквафон 03 Конструктор
Аквафон 01 Конструктор
Previous Next Play Pause
Яндекс.Метрика