К 25-летию Победы в Отечественной войне народа Абхазии Нацбанк республики выпустил первую в истории памятную банкноту "Владислав Арӡынба" (Владислав Ардзинба) номиналом 500 апсаров в сентябре 2018 года.

О том, есть ли спрос на эти банкноты в Абхазии и за рубежом, сколько их удалось реализовать банкам страны за неполные полгода и где ими расплачивались, читайте в материале корреспондента Sputnik.

Бадри Есиава, Sputnik

"Апсары" в банках

Продажа первых в истории Абхазии денежных банкнот стартовала в Сухуме в преддверии юбилейного Дня Победы и Независимости республики 29 сентября 2018 года. Всего Национальный банк страны выпустил 10 000 купюр "Владислав Арӡынба" номиналом 500 апсаров.

Примерно 40% взял Сберегательный банк Абхазии. По словам руководителя операционного управления банка Милены Адзинба, было реализовано 1479 купюр на сумму 7 398 000 рублей.

"Надо отметить, что примерно 50% этих банкнот было продано за рубеж. Изначально они продавались по номинальной цене, но с февраля 2019 года их стоимость поднялась с 5000 рублей до 6000 рублей. Несмотря на это, спрос на эти банкноты не снизился", - рассказала Адзинба и добавила, что цена на банкноты будет расти из года в год.

Она также отметила, что наблюдается оборот бумажных апсаров - Сбербанк Абхазии принял от частных лиц больше 430 банкнот на сумму почти два миллиона рублей. Если банк продает 500 апсаров за 6000 тысяч рублей, то скупает их по фиксированному курсу 1 апсар – 10 рублей.

В других банках страны ситуация с первой абхазской банкнотой не столь оптимистичная.

Председатель правления "Гарант Банка" Эмма Харчилава рассказала, что банкноты у них спросом не пользуются. С начала продаж они не реализовали ни одной купюры.

"Сейчас у нас в наличии несколько банкнот, если и дальше не будет на них спроса, придется вернуть эмитенту обратно. За все это время ни одного обращения с целью купить эти банкноты не было. Было всего пару человек, которые обналичили их на рубли", - сказала Харчилава.

Зампредседателя правления "Сухум-банка" Апполон Латария рассказал, что в День Победы и Независимости им удалось продать 40 банкнот из 100. Покупали их не только гости и граждане Абхазии, но и сами сотрудники банка.

"В день старта продаж был ажиотаж на эти банкноты. Реализовывали по номинальной цене и ничего на этом не заработали, но уже сначала этого года цена поднялась до 6,5 тысяч рублей", - поделился Латария.

По его словам, в осенний период спрос на банкноты еще сохранялся, но с зимы - упал. Он лично видел, как 500 апсаров дарили на свадьбах, днях рождения, расплачивались ими в кафе и ресторанах. Он прогнозирует, что ко Дню Победы спрос может снова вырасти.

Такую тенденцию наблюдают в "Амра-банке", председатель правления которого Михаил Чалмаз отметил, что сегодня этой банкнотой интересуются коллекционеры и те, кто рассчитывает подзаработать на их перепродаже.

"Цена в интернете на эти банкноты достаточно высокая. Доходит до 20 000 рублей, но это редкие сделки. В нашем банке в этом году ни одну банкноту еще не купили. То есть нашим гражданам не интересна эта купюра в таком формате, в котором она существует сейчас. Основные пункты продаж у нас – это нумизматические выставки, на которых банкнота пользуется высоким спросом", - сказал Чалмаз.

Он уверен, что население Абхазии с большей охотой стало бы приобретать эти банкноты, если бы ими можно было, например, оплачивать налоги, торговые сети принимали бы их. Чалмаз также считает, что новые цены на апсары с начала 2019 года были искусственно завышены.

"У нас осталось много этих банкнот, и мы из них делаем сувениры и пытаемся в таком виде реализовать. Такого рода сувениры, с коробкой из красного дерева, стоят около 15 000 рублей, а это цена уже немаленькая. Пока мы используем эти купюры в качестве подарка нашим партнерам", - объяснил Чалмаз и добавил, что их банк ставит перед собой цель впоследствии повлиять на то, чтобы апсары стали официальным денежным знаком.

"Амра-банк" с сентября 2019 года продал банкноты более чем на один миллион рублей.

Оплата свадеб и счетов

Одними из первых, у кого на свадьбе вместо привычных рублей записали (денежные подарки в Абхазии записывают в специальную тетрадь, которая хранится в семье – ред.) апсары, были Аслан Палавандзия и Ашна Хашба из Кутола. Столь необычный подарок сделал один из родственников жениха.

"Свадьбу мы играли 6 октября. Наш родственник Беслан Торчуа записал апсары, чему я был приятно удивлен. Если честно, не ожидал. Как-то необычно это было", - поделился впечатлениями Аслан.

Молодожены не стали обменивать банкноту на рубли и решили оставить ее на память. Купюра все еще хранится в родовом доме Палавандзия. Это не единственный случай, когда апсары становились презентом. Аслан слышал от знакомых, что компания ребят тоже «записала» апсары на свадьбе у своего друга.

Гендиректор РУСДРАМа Ираклий Хинтба уже два раза дарил банкноту "Владислав Ардзинба" на свадьбах.

"Это оригинальный подарок с устойчивым денежным эквивалентом. Со временем они вырастут в цене, и на специализированных сайтах можно увидеть предложения, превышающие номинальную стоимость этой банкноты. По сути, ее ценность выше номинальной стоимости", - уверен Хинтба.

Первой абхазской банкнотой даже расплачиваются в кафе, но это скорее красивый жест, чем привычная практика. Адгур Лагивала из Сухума опубликовал в социальной сети фото первого чека, оплаченного абхазской купюрой в день старта продаж. Сдачу он, конечно же, получил в рублях. По словам Адгура, никаких проблем во время оплаты у него не возникло.

Найти другие рестораны и кафе Сухума, где расплачивались "пятисоткой" корреспонденту Sputnik не удалось, но во многих из них выразили готовность принять купюру к оплате.

Администратор ресторана Даур признался, что ему самому было бы интересно, но он испытывает некоторые опасения.

"Так как нет возможности на месте проверить подлинность банкноты, существует определенный риск того, что она может оказаться фальшивой. Было бы неплохо, если бы разработали приложение для смартфонов для проверки купюр", - сказал Даур.

В кафе на набережной Сухума тоже еще не расплачивались апсарами. Администратор Амина пока не знает можно ли принимать такую банкноту, ей нужно посоветоваться с бухгалтером.

 

Заголовок статьи об абхазской банкноте вынесен на обложку издания.

Сухум. 11 марта. Апсныпресс. В журнале «Банкноты стран мира» опубликована статья о первой абхазской банкноте. Об этом сообщает Национальный Банк Республики Абхазия.

В ежемесячном информационном бюллетене о наличном денежном обращении «Банкноты стран мира: Денежное обращение. Экспертиза. Фальсификации» (№1/2019) опубликована статья о первой памятной банкноте Республики Абхазия «Владислав Ардзинба». В статье приводятся детальные характеристики банкноты, а также описывается комплекс защитных элементов.

(АП): В сентябре 2018 года Национальный Банк Республики Абхазия объявил о выпуске в обращение памятной банкноты «Владислав Арӡынба» номиналом 500 апсар, посвященной 25-летию Победы в Отечественной войне народа Абхазии. Банкнота выполнена в коричнево-зеленых тонах, изготовлена на хлопковой бумаге белого цвета. Художники банкноты – Батал Джапуа, Тимур Каитан.

 

Созданный в конце 2016 года внебюджетный демографический фонд «Азхара», задумывался как благотворительная организация, существующая за счет частных пожертвований и способствующая улучшению демографической ситуации в республике. Речь шла о том, что абхазские семьи, где рождается третий ребенок, будут получать по 100 тысяч рублей. С января 2017 года начались первые выплаты. Однако частных пожертвований оказалось совсем недостаточно, поэтому на поддержку фонда в 2017 и 2018 годах в республиканском бюджете были предусмотрены по 30 млн рублей.

Бюджет государства формируется за счет налогов, которые платят все его граждане, безотносительно к их национальной принадлежности, а вот средства фонда, львиную долю которых составляют бюджетные субсидии, направляются только на помощь абхазским многодетным семьям. Эта ситуация вызвала немало споров в обществе и в социальных сетях. Не только представители нетитульной нации, но и многие абхазы считают такое решение несправедливым. В 2019 году сумма, выделяемая фонду «Азхара» из республиканского бюджета, увеличена еще на 10 млн рублей и составляет уже 40 млн рублей.

Заместитель председателя парламентского комитета по международным, межпарламентским связям и связям с соотечественниками Астамур Логуа поделился своей точкой зрения по этому и ряду других вопросов.

– Астамур Омарович, на ваш взгляд, правильно ли, что фонд оказывает помощь только абхазским семьям?

– Это, конечно же, неправильно, но учитывая наши сложные демографические обстоятельства, пока это допустимо. Более того, этот проект дал толчок Кабинету министров к принятию новой программы по поддержке молодых и многодетных семей. В бюджете 2019 года на приобретение жилья для этой категории граждан заложено 40 млн рублей. Кто-то скажет, что это не так уж и много, но, тем не менее, это звенья одной цепи. С чего-то нужно начинать.

– У нас немало семей нуждается в жилье. Только в Сухуме в очереди на получение квартир стоят более двух тысяч человек. В то же время, репатриантам и жилье строят, и аренду квартир им оплачивают…

– Мы 25 лет занимаемся репатриантами, и никто не имеет права остановить процесс репатриации. Это мое мнение. Другое дело, насколько эффективно осуществляется этот процесс. Нам следует проанализировать, как именно идет этот процесс все эти годы, какие проблемы возникают, посчитать, сколько денег потрачено, какое количество соотечественников вернулось на историческую родину и многое другое.

В Абхазии, к сожалению, имеют место случаи противопоставления репатриантов местным жителям, что недопустимо. Я не первый год говорю о том, что, если мы не пересмотрим деятельность самого министерства по репатриации, то возникнет очень серьезная проблема, которую потом сложно будет решить.

По поводу фонда: да, сегодня он существует именно таким образом, но я надеюсь, придет время, когда мы сможем найти иной источник финансирования и станем поддерживать не только абхазские, но и все остальные многодетные семьи. Очень надеюсь, что наши братья и сестры других национальностей отнесутся с пониманием к этому вопросу. При этом мы должны работать над поиском решения, отвечающего интересам всех граждан республики.

– Безусловно, надо искать новые источники финансирования. Но сегодня, если можно так сказать, это похоже на поиск иголки в стоге сена.

– Иногда решение вопроса лежит на поверхности. Помните, во время обсуждения вопроса о повышении таможенной пошлины на ввозимые в республику табачные изделия я предлагал увеличить сумму с 5 до 10 процентов, но мои коллеги меня не поддержали. А если посчитать, то дополнительные 5% принесли бы 30 млн рублей.

Сегодня бюджет фонда репатриации составляет 132 млн рублей, а должно быть не менее 260 млн рублей. Я считаю, что министерство по репатриации следует назвать министерством по репатриации и демографии, а его бюджет поделить пополам: 130 млн рублей - на репатриантов и 130 млн рублей - на вопросы демографии. Именно эта сумма будет выделяться на поддержку молодых семей и решение демографических проблем государства. Подчеркиваю, государства, а не представителей одной нации. И тогда все будет справедливо.

Но сначала, как я уже говорил выше, нужно проанализировать, насколько эффективно работает сегодня министерство.

– Но 130 млн - это немалые деньги! Предположим, в следующий раз депутаты пойдут вам навстречу и увеличат акцизы до 10%. Где взять оставшиеся 100 млн рублей?

– Надо эти деньги изыскать! Естественно, мы не можем их забрать у образования или здравоохранения. Эти сферы, не говоря уже о сельском хозяйстве, наоборот, надо еще больше дотировать. В любой нормальной стране, когда возникает острая необходимость привлечения дополнительных средств в бюджет, товары не первой необходимости облагаются дополнительным налогом, увеличивается число подакцизных товаров и прочее. В нашем случае я имею в виду увеличение ставки акцизов на алкогольную продукцию, табачные изделия и даже на бензин, хотя с последним мы должны быть осторожны, потому что у нас сложная экономическая ситуация, и мы не можем поднимать цены на ввозимое топливо.

Что касается цен на алкоголь, табачные изделия или на ту же питьевую воду, которую в Абхазию завозят вагонами – то это вполне нормальные решения. Повысить ставку акциза на табачные изделия с 5 до 10%, поверьте мне, это можно было безболезненно сделать. Алкоголь тоже квалифицируется по-разному: есть дорогие и недорогие напитки, есть вина, пиво – очень большой разброс. Поэтому я считаю, что мы эти деньги можем безболезненно найти, и я хочу, чтобы и в парламенте, и в обществе был консенсус по этому поводу.

– Представляете, какой скандал такое решение может вызвать среди импортеров?

– Нужно разъяснить людям, что, если мы это сделаем, то привлечем дополнительные средства именно в демографию, при этом мы «залезем» в карман к бизнесменам не просто для того, чтобы обогатиться. Мы должны открыто и честно сказать им, на что эти деньги будут потрачены. Если просто скажем, что для общегосударственных нужд, то, извините, в это мало кто поверит. А если скажем, что эти средства пойдут на строительство квартир для молодежи или на оказание помощи при рождении ребенка, то люди пойдут нам навстречу.

Ведь некоторая обида на репатриантов часто основана на том, что многим из нас самим жить негде, а им квартиры дают бесплатно. Это очень сложная тема, и если мы не начнем ее решать, то процесс противопоставления будет только усугубляться. Это приведет к очень серьезным проблемам и отразится не только на ситуации внутри Абхазии, но и за ее пределами - на всем абхазском мире за рубежом. А в этом, я уверен, мы менее всего заинтересованы. Когда мы в парламенте говорим о будущем нашей страны, то некоторые решения нужно принимать очень быстро.

– Многие считают, что если помощь в первую очередь оказывалась бы нашим молодым семьям, то и детей рождалось бы больше, и в плане демографии мы не рассчитывали бы исключительно на репатриацию. Приведу пример: у меня есть друзья, живущие в трехкомнатной квартире всемером. Взрослый сын моих друзей говорит: если бы у него была отдельная трёхкомнатная квартира, то он завел бы не только двух, но и трех детей.

– Я прекрасно понимаю, о чем вы говорите. Я сам со своей семьей живу вместе с родителями. И у меня нет возможности не только купить, но даже снять отдельную квартиру. Однако противопоставлять все это процессу репатриации абсолютно не верно.

Сегодня в Абхазии 122 тысячи абхазов. В связи с тем, что многочисленная абхазская диаспора проживает в Турции, а также в Москве, нам нельзя допускать ошибок в работе с ними.

– Тогда еще один вопрос, которым задаются многие: почему многочисленная диаспора не помогает своей исторической Родине? Почему это делают армяне и евреи по всему миру? Определенный процент от своего заработка они перечисляют в специальный фонд своего государства. Разговор о пресловутом «одном долларе», который репатрианты могли бы зачислять в подобный фонд, идёт уже много лет, но воз и ныне там.

– Поймите, современному абхазскому государству всего 25 лет. Не забывайте, что раньше был Советский Союз, Абхазская АССР и понятие Родины для многих наших зарубежных соотечественников было размыто. Ситуация стала меняться с победой в Отечественной войне народа Абхазии 1992 –1993 годов. Некоторые из потомков махаджиров, живущих в Турции, вернулись в Абхазию еще перед войной. Кто-то приехал во время войны и встал на защиту Родины. Но большинство не так давно стало понимать, что у них действительно есть Родина.

Я понимаю, о чем вы говорите: действительно, наши соотечественники вполне могли бы оказывать помощь своей пострадавшей в войне Родине, а здесь получается, что при нашем скудном бюджете нам приходится их принимать и всем обеспечивать. Выделить один доллар под силу любой семье. Эти деньги можно было бы аккумулировать в специальном фонде при том же министерстве по репатриации и на эти средства строить жилье и для репатриантов, и для местных жителей.

Да, я согласен, что методы работы с нашими соотечественниками оставляют желать лучшего, поэтому и говорю о необходимости пересмотра политики деятельности министерства по репатриации. Нам надо сесть вместе с представителями зарубежной абхазской диаспоры и предметно обсудить волнующие всех вопросы, найти эффективные пути их решения. Может быть, они сами скажут: «Обеспечьте сначала местных жителей жильем». Более того, я считаю, что отдельно для репатриантов не стоит строить. Их нужно селить вместе с местными, так они быстрее адаптируются, выучат язык.

Кстати, помощь репатриантам может быть и иной. Приведу один пример: четыре года назад мы приняли репатриантов из Сирии. Среди них мой друг, он хороший парикмахер-барбер, который стрижет бороды Ему выделили квартиру в селе Мачара, он женат на местной девушке, у них растет сын. Недавно мой друг говорит: «Помоги мне, я плачу за аренду помещения 30 тысяч рублей, а напротив продается помещение за 1,5 млн рублей. Зачем мне платить аренду, я готов вернуть квартиру, которую мне дало министерство, а в обмен пусть мне купят помещение. Я расширю свой бизнес, буду зарабатывать, а потом сам смогу купить себе квартиру». При этом он готов временно снимать квартиру, что обойдется ему дешевле, чем арендовать помещение под парикмахерскую.

Я привел лишь один пример, а их немало. Поэтому я еще раз возвращаюсь к вопросу об эффективности работы министерства по репатриации. Может быть, не стоит говорить соотечественникам – приезжайте, мы вам выделим жилье, предоставим льготы, работу, обучение, а потом оказывается, что у нас нет таких возможностей. Нужно говорить людям правду о том, что у нас была война, о том, что она нанесла серьезный ущерб Абхазии, но мы можем выделить репатриантам землю, чтобы они сами построили себе жилье.

Еще одно предложение, о котором я не раз разговорил и в парламенте, и с представителями министерства по репатриации, но, к сожалению, мы ни к чему не пришли. Раньше действовала программа, по которой а репатриантам покупали жилье. Было много скандалов, потому что квартиры и дома покупались по завышенным ценам, у своих. Налицо – коррупция. В конечном итоге решили, что надо не покупать жилье, а строить. Но и этот метод не оправдывает себя.

На мой взгляд, лучше первый вариант. Объясню почему: мы не создаем никаких анклавов, люди быстрее интегрируются в наше общество, живя в доме рядом с местными гражданами. Нужно просто исключить коррупционную составляющую.

Как это сделать

Зачастую люди продают жилье не от хорошей жизни. Да, есть случаи, когда сбывают «прихватизированные» квартиры, но чаще люди продают жилье из-за проблем. Посмотрите объявления: кто-то ребенка хочет вылечить, кто-то сам болен, или еще какие-то проблемы. Недавно видел «бегущую строку» с информацией о том, что в Новом районе срочно продается трехкомнатная квартира за 600 тысяч рублей.

Государство может объявить тендер на покупку квартир по определённым ценам. К примеру, однокомнатную квартиру - не дороже 400 тысяч рублей, двухкомнатную – не дороже 600 тысяч рублей, трехкомнатную – не дороже 1 млн рублей. Дома можно приобретать подороже – до 1,5 млн рублей, тут все зависит от размеров. Сегодня на абхазском рынке жилья такие цены. Когда государство заявит, что дороже покупать не будет, мы исключим коррупционную составляющую. Кстати, это может подтолкнуть многих к оформлению жилья, которое они заняли, но до сих пор не оформили.

Эти квартиры в равных долях можно распределять между репатриантами и местными, теми кто действительно нуждается в жилье. 40 млн рублей по новой программе на покупку квартир государством уже выделено, осталось лишь разумно подойти к их использованию.

Беседовала Наталья Шульгина

Фото Sputnik Абхазия

http://abkhazinform.com/

 

В день девятой годовщины со дня смерти Владислава Ардзинба своими воспоминаниями о Первом Президенте Республики Абхазия поделился доктор исторических наук Аслан Авидзба.

Сухум. 4 марта. Апсныпресс. По мнению историка, «Первый Президент страны Владислав Ардзинба – это встреча прошлого и будущего Абхазии в ее настоящем».

«Потеря Владислава Ардзинба, безусловно, невосполнима для абхазского народа. Он – не обычный смертный, чтобы его жизнь, история завершились вместе с земным существованием, поскольку все, что в стране есть и будет, связано с именем Первого Президента. И это имя бессмертно, пока существует дело, ради которого он сражался – строительство независимого государства», – сказал Аслан Авидзба.

Авидзба считает, что история циклична, и в нужный момент появляется нужный человек. «Такие люди, как Владислав Григорьевич, приходят из прошлого и опережают свое время. Говоря, приходят из прошлого, имею в виду, что они несут в себе все самое лучшее, что было у этого народа. И благодаря судьбе, когда была необходима такая личность, как Владислав, он оказался в нужном месте», – отметил историк.

При этом ученый подчеркнул, что сложно говорить, как сложилась бы судьба абхазов и Абхазии, не будь Владислава Ардзинба. Но однозначно можно утверждать, что наша история пошла бы по другой линии и это доказывает значимость появления Владислава в судьбоносный для страны момент. «На сегодняшний день и в ближайшем будущем Ардзинба и Абхазия – синонимы», – сказал он.

О самом Первом Президенте Авидзба говорит, как о счастливом человеке, поскольку он дожил до торжества своих идей, вместе со своим народом выиграл войну и увидел признание независимости Абхазии: «В 2008 Владислав Ардзинба воочию убедился в правоте своих слов, когда с начала войны говорил, что Россия нас признает».

В заключение Аслан Авидзба охарактеризовал масштаб личности Ардзинба известной исторической фразой: «Он был первым во время войны, первым в мирное время и первым в сердцах соотечественников».

 

Личности в истории

В ходе подготовки ряда материалов для газеты «Республика Абхазия» в год 25-летия Победы в Отечественной войне народа Абхазии с Анри Михайловичем Джергения, который в течение 15 лет являлся советником и личным представителем Владислава Григорьевича Ардзинба и многие годы – Генеральным прокурором Абхазии, я спросила его: «Вы встречались с высокопоставленными чиновниками Советского Союза и России, знали первых лиц Российского государства. А могли бы Вы что-нибудь рассказать о Борисе Николаевиче Ельцине?» Он ответил: «Наверное, смог бы».

Я безмерно благодарна Анри Михайловичу за тесное и серьезное сотрудничество с нашей газетой и напоминаю читателям, что еще летом мы опубликовали два его материала под рубрикой «Они помогали Абхазии победить». Это – воспоминания об экс-президенте Татарстана Минтимере Шариповиче Шаймиеве и экс-кандидате в президенты РФ на выборах 2018 года Сергее Николаевиче Бабурине. А недавно была опубликована статья А.Джергения о Николае Акиртава. Мы уверены, что очередное воспоминание Анри Джергения о такой неординарной политической фигуре, как Ельцин, от действий и решений которого зависело немало при определении судьбы Абхазии, вызовет у наших читателей большой интерес. Заира Цвижба.

***

Анализ процесса распада Советского Союза свидетельствует о том, что если бы руководители СССР и России того периода являлись государственниками, то при всех сложностях (не секрет, что у государства имелись существенные экономические, политические и национальные проблемы), как мне представляется, его можно было бы сохранить. Думаю, что если бы в тот период во главе государства находился человек уровня нынешнего Владимира Путина, то он смог бы это сделать. Приведу один пример. 19 августа 1991 года, после объявления о создании ГКЧП, многие члены гамсахурдиевской партии «Круглый стол» пришли в районные комитеты Компартии Абхазии сдавать партвзносы, объясняя разными причинами их давнюю неуплату и демонстрируя этим свою лояльность действующей власти. Это были не те люди, которые отстаивали бы позицию в связи с изменившейся ситуацией. Кроме того, сам Звиад Гамсахурдия поддержал ГКЧП. Ничем не отличались от них и российские митинговые крикуны, которых я имел возможность наблюдать в течение полугода, проживая вместе с Владиславом Ардзинба в гостинице «Москва». Манежная площадь напоминала Красную площадь, описанную Пушкиным в смутные времена. Там ежедневно собирались десятки тысяч людей. У входа в ресторан гостиницы стояла эстрада, и кто-то похожий на санаторно-курортного массовика-затейника периодически провозглашал: «Ельцин – президент! Ельцин – президент!». И в ответ эти люди дружно ревели: «Президент! Президент!» Активность толпы поддерживалась постоянно подъезжающими пикапчиками с горячительными напитками.

И Горбачев, и Ельцин оказались не теми людьми, которые были заинтересованы в сохранении государства. Они боролись только за одно: обосноваться в кремлевском кабинете независимо от того, сохранит ли их приход государство. Об отношении Ельцина к государству свидетельствует и такой факт, который мне известен еще с советских времён. Борис Ельцин, находясь в опале после освобождения с должности первого секретаря МГК, прибыл в США и стал добиваться приёма у тогдашнего президента Буша Старшего (об этом мне рассказал человек, принимавший непосредственное участие в этих событиях). Буш не хотел его принимать, чтобы не обидеть Горбачева. После неоднократных обращений Ельцина о приеме Бушем, последний поинтересовался, о чем тот собирается с ним говорить. Ельцин попросил передать Бушу, что если ему помогут стать руководителем Российской Федерации, то он добьется суверенитета России в составе СССР. Суверенитет России предполагал развал Советского Союза. Буш после этого согласился принять Ельцина, как бы случайно встретившись с ним в кабинете у одного из своих помощников. Встречу показывали по телевидению Советского Союза. После этой встречи Ельцину начали финансово помогать в форме гонораров за проводимые лекции. В свое время в прокуратуре СССР мне показывали множество видеозаписей о нахождении Ельцина в США. Часть из них также показывали по телевидению. Лекции, за которые ему платили 25 тысяч долларов в час, по существу были пьяным бредом. Кроме того, были кассеты, на которых Ельцин оправлял у шасси самолета естественные потребности по малому, пощипывал женщину на публичном приёме и т.д., и т.д.

Конечно, такой лидер Советского Союза и России американцев не мог не устраивать. Он для них был находкой. И все дальнейшие события свидетельствовали о том, что они продолжали постоянно его поддерживать.

Как известно, в мае – июне 1990 года на выборах председателя Верховного Совета Российской Федерации Ельцину противостоял представитель КПСС Иван Полозков. Два тура голосования не выявили победителя. Предстоял третий, решающий тур. По подсчетам аналитиков, Полозков мог набрать на 100 – 150 голосов больше. Однако Горбачев вызвал его и в приказном порядке вынудил снять свою кандидатуру, мотивируя тем, что иначе это может привести съезд к расколу. И тогда Ельцин победил. По результатам голосования раскол среди депутатов все равно сохранился, а кандидат, который мог победить, снят с голосования… У Горбачева были и другие основания и возможности не дать Ельцину победить, но он почему-то этого не сделал, хотя понимал, что победа Ельцина – это распад Советского Союза и конец личной его карьеры. Вспомним: сумели же американцы вынудить выйти из президентской гонки популярного во Франции кандидата Стросс-Кана, который, по прогнозам, был наиболее вероятным победителем в борьбе за высший пост в государстве.

Затем, 12 июня 1991 года, Ельцин был избран президентом Российской Федерации.

Неудивительно, что пришедший таким путем к власти председатель Верховного Совета, а затем Президент России Ельцин находился под полным влиянием американских и западноевропейских советников, которые официально работали во всех значимых властных структурах. Все это привело Российское государство на грань развала, и только уход Ельцина с политической арены дал возможность сохранить его.

Конечно, мне известна расхожая фраза о том, что история не терпит сослагательного наклонения. Но это не значит, что события тех лет не подлежат анализу и оценке и не могут быть учтены в будущем.

На мой взгляд, В.В.Путин дал политически выверенную и объективную оценку значению распада СССР в современном мировом сообществе.

Есть у меня и личные воспоминания о встречах с Борисом Ельциным. Я дважды сопровождал Владислава Григорьевича Ардзинба на встречах с ним – первый раз в Бочаровом Ручье в Сочи, а второй раз в Мюссере в Абхазии. Эти встречи произошли в промежутке между 1 и 7 марта 1992 года.

В Бочаровом Ручье встреча была короткой, тогда мы договорились встретиться в Мюссере через несколько дней и основательно поговорить о всех проблемах, волнующих руководство Абхазии. Встреча состоялась, и она длилась не менее 6 часов.

Для нас это было очень важное событие, поэтому мы решили подготовить полноценную рабочую встречу, в том числе с официальным обедом. Тогда дача в Мюссере находилась в ведении Российской Федерации. На всякий случай мы заранее послали необходимые продукты. Приезд Ельцина намечался к 3 часам дня. Мы с Владиславом приехали на полчаса раньше – посмотреть, как идет подготовка к встрече. Оказалось, что из посланных нами продуктов ничего не было приготовлено. Владислава Григорьевича знали как популярного политика и российские офицеры, и гражданский обслуживающий персонал, и они прислушивались к тому, что он говорил. Владислав стал выяснять причину невыполнения заказа и потребовал как можно быстрей приготовиться к встрече. Те объяснили, что из Сочи поступила команда подготовить только легкий стол и без горячительных напитков.

Но мы решили все-таки достойно подготовиться к встрече руководителя нашего Великого соседа. После команды Владислава Григорьевича обслуживающий персонал обязался приготовить обед за час.

Ровно в 3 часа на рейде появился корабль типа «река – море», и минут пятнадцать четвертого гости были на берегу. Мы с Владиславом Григорьевичем договорились до приготовления пищи занять их разговорами, в том числе попытаться затронуть государственные проблемы, которые нас волновали. С Борисом Николаевичем приехали его супруга Наина Иосифовна и начальник охраны Коржаков. Ельцин был уже заметно выпивший.

Гуляя по парку, мы попеременно менялись – то Владислав Григорьевич с Ельциным, то я, и наоборот – кто-то из нас шел с супругой. Ельцин заинтересовался, на какие средства построена дорогостоящая дача, которая официально называлась «Чайка-2». Зная о его нелюбви к Горбачеву, я решил ему подыграть. К этому времени строительство было уже завершено. Ельцин знал, что дача строилась для Горбачева, поэтому он старался представить его как человека, расточительно распоряжающегося государственными средствами. Я ему рассказал, что строили её, не считаясь с расходами. Средняя зарплата рабочих на объекте составляла 2 тысячи рублей в месяц, тогда как средняя зарплата обычных рабочих в то время была не более 200 рублей. Из всех районов Грузии завозились плодовые и декоративные растения, мандариновые деревья, и все это в десять раз превышало обычные расходы. Строительство госдачи было как бы подарком руководства Грузии Горбачеву. Значительная часть денег аккумулировалась за счет перевода мяса из госторговли в кооперативную (в госторговле килограмм мяса стоил 2 руб. 20 коп., в коопторге – 7 руб. 30 коп.). Ельцин стал возмущаться, заявляя: «Вот куда уходят государственные деньги!»

Потом в очередной раз мы поменялись парами: Ельцин разговаривал с Владиславом Григорьевичем, а я – с его женой. Они шли впереди, дошли до забора госдачи и возвращались, а мы с Наиной Иосифовной двигались им навстречу. Ельцин и Наина Иосифовна столкнулись, и он игриво сказал: «Вот мы опять встретились…». Она отреагировала со злостью: «Видеть тебя не могу, пьяницу!»

Так прошло около полутора часа. Я поручил начальнику охраны информировать меня о том, как проходит приготовление пищи. И вот он подошел ко мне и на ухо сказал, что можно садиться за стол. Ельцин увидел это и, видимо, догадавшись, спросил, о чем идет речь. Я ему ответил, что было бы неправильно, если мы хотя бы небольшим застольем не отметим приезд главы Российского государства. Я боялся, что он откажется, так как знал о запрете Наины Иосифовны принимать участие в застолье. И когда я попытался покрасочней развить мысль, чтобы уговорить Ельцина согласиться на наше предложение, он, не дав договорить, спросил: «Уже готово?». Я ответил, что подготовка завершена, и можно потихоньку подтягиваться к столу. Он сказал, что согласен, а как поговорить со своими спутниками, он знает.

…Постепенно мы втянулись в застолье и в процессе этого перешли к проблемам, которые нас интересовали. Владислав Григорьевич начал говорить о реальной возможности возникновения вооруженного конфликта между Абхазией и Грузией, и мы хотели бы услышать, как поведет себя Россия в таком случае. Ельцин ответил: «В случае осложнений заявите о себе погромче, а мы вам поможем». О возможной помощи Абхазии он говорил категорично… Но когда в июле 1993 года, во время перемирия с Грузией после ожесточенных боев, Владислав Григорьевич в Москве встретился с Ельциным и, не удержавшись, спросил его: «Борис Николаевич, мы достаточно громко о себе заявили или ещё что-то надо сделать?» – ответа не последовало.

В ходе застолья Ельцин стал проявлять интерес к алкогольным напиткам. Его, правда, не заинтересовали местные вина, и он перешел к коньяку и водке, запивая нашим вином. И постепенно терял контроль над собой. Он стал усиленно ругать Горбачева, сказав, что тот обратился к нему с просьбой дать разрешение на поездку в Японию, а он хочет его посадить. У Владислава была привычка на официальных встречах называть меня «прокурор». И на каком-то этапе Ельцин решил, что я не прокурор Абхазии, а России, и спросил меня, дам ли ему санкцию на арест Горбачева. Я замешкался, не зная, что ответить, и по-абхазски спросил Владислава, что мне делать. Он посоветовал: скажи «да». И я сказал. Ельцину это очень понравилось, и он назвал меня молодцом. Ельцин с пьяных глаз мог меня спутать со Степанковым – генпрокурором России, по комплекции мы чем-то с ним похожи.

Наше застолье затянулось часов до восьми, а может, и дольше, стало темнеть. Мы подошли к пирсу. Там собрались работники госдачи, они принесли ему на прощание фрукты, но Ельцин уже не был способен воспринимать происходящее нормально. И разговор его стал напоминать беседу в прорабском вагончике (этот лексикон мной был усвоен со времен участия в студенческих отрядах). Неожиданно Ельцин побежал к морю, имитируя попытку броситься в воду. Я вынужден был догнать его и схватить за полу теплой куртки. Масса Ельцина была намного больше моей, и он меня волочил к концу причала. Там мы и остановились.

Гости поднялись на корабль. Ельцин взобрался на капитанский мостик и стал задавать различные вопросы Владиславу – типа: ты где, Владислав? где Пицунда? где Рица? где Мюссера? и это все твое? Владислав Григорьевич вежливо отвечал: да, все это наше!

В ответ Ельцин прокричал: «Хорошо устроился! Ты мне нравишься! В Москве будешь – заходи».

Несмотря на эти приглашения, 14 августа 1992 года, в день начала военных действий в Абхазии, Ельцин, находясь в Бочаровом Ручье, не принял Владислава.

Позже выяснилось, что Ельцин наши с ним переговоры всерьез не воспринимал. И фактически он дал добро на ввод грузинских вооруженных формирований в Абхазию в августе 1992 года. Следует отметить, что в ходе вооруженного противостояния с августа 1992 по сентябрь 1993 года и в последующие годы мне неоднократно приходилось встречаться с руководителями МИДа, Министерства обороны и других силовых структур России, которые по указанию Ельцина делали нам взаимоисключающие предложения – то в одну, то в другую сторону. Были случаи, когда его команды противоречили ранее достигнутым договоренностям и интересам России. (Мне запомнилось, как в этих случаях один мудрый российский дипломат говорил: «Наша с вами задача – помочь президенту России сохранить свое лицо».) И мы это исправляли.

В Дагомысе летом 1992 года Шеварднадзе согласовал с Ельциным, что Грузия в течение недели установит в Абхазии конституционный порядок, и после этого они будут принимать решение по Абхазии, но этого у них не получилось. Тогдашний министр обороны Грузии Тенгиз Китовани трижды ездил в Москву с просьбой разрешить Грузии продолжить установление конституционного порядка. Поэтому по российскому телевидению несколько раз сообщалось о переносе срока проведения встречи Ельцина, Шеварднадзе и Ардзинба. И когда стало ясно, что то, что Грузия называла установлением конституционного порядка, не станет легкой прогулкой по Абхазии, был определен срок встречи на 3 сентября 1992 года.

Мне уже как-то приходилось говорить, что руководители силовых структур России внимательно следили за тем, что происходило 3 сентября. Позиция и поведение Владислава Ардзинба им очень понравились, и многие из них для себя определили, что это тот человек, с которым следует поддерживать отношения. Позицию России после этой встречи можно назвать «доброжелательным нейтралитетом». Несмотря на определенную противоречивость действий российских властей, для нас Россия стала тылом, и я думаю, это обстоятельство мы не должны забывать. Нельзя не помнить и о том, что большую роль в нашей победе со стороны России сыграл её Парламент того периода, который зачастую нейтрализовал необдуманные решения исполнительной власти.

Заира Цвижба

Газета "Республика Абхазия"

 

Страница 1 из 22
Обновление тарифов
Аквафон 06 Конструктор
Аквафон 05 Конструктор
Аквафон 04 Конструктор
Аквафон 03 Конструктор
Аквафон 01 Конструктор
Previous Next Play Pause
Яндекс.Метрика