Аквафон Роутеры
Аквафон Красивый номер
Онлайн платежи
Аквафон ЦО
Приложение
Аквафон Апра
Домашний интернет за бонусы
Роуминг (супер роуминг)
Конструктор
Безлимитный интернет
Previous Next Play Pause

Об истории семьи репатриантов по фамилии Арстаа, вернувшейся несколько лет назад из Турции на свою историческую родину в Абхазию, и о том, насколько труден был путь домой, читайте в материале Sputnik Абхазия.

Sputnik

Семья из Турции

У каждого репатрианта, вернувшегося в Абхазию, своя особая история, пример семьи Арстаа, некогда жившей в турецком городе Дюздже, в своем роде необычен. В большинстве случаев первыми в республику приезжают мужчины - потомки изгнанных махаджиров, через некоторое время они привозят и свои семьи.

В случае с семьей Арстаа все было иначе, но обо всем по порядку. Несколько лет назад в Абхазию приехала семья Намыка Арстаа. Глава семейства Намык впервые побывал на земле предков в 2007 году, однако за три года до этого путь от Турции до Абхазии проделала его дочь Ханде, она была в группе детей, которые приехали в республику на отдых.

Намык говорит, что решение переселиться в Абхазию приняли именно благодаря дочери, которая была под большим впечатлением от того, что она увидела и услышала, находясь в республике.

"Тогда ей было 11 лет, вернувшись в Турцию, она только и говорила про Абхазию, насколько она красива, что там живут великолепные гостеприимные люди. Ханде рассказывала о красивых местах, в которых она побывала. На следующий год после того, как я уже сам побывал в республике, я отправил в Абхазию своего сына, это было в 2008 году. Спустя два года из-за трудностей с работой и языком он вернулся в Турцию, но к счастью, ненадолго", - поделился воспоминаниями Намык Арстаа.

Твердо решив жить на своей исторической родине, Намык приехал в Абхазию в 2013 году. Государство выделило им дом в Дранде. В течение 20 дней он сделал все необходимое, чтобы в доме можно было жить.

"Когда дом был готов к проживанию, привез всю семью сюда, с тех пор мы живем на родной земле и ни на минуту не пожалели о своем выборе", - признался он.

Для того чтобы завести хорошие отношения с соседями, новые знакомства в республике, времени много не понадобилось, говорит Арстаа.

"Приехав в Абхазию, я купил машину и решил работать в области туризма. Мне стала нравится эта работа и туристы, которых я возил, были довольны. Со временем моя работа стала масштабнее, и мне удалось открыть свою турфирму. Сейчас дела в фирме идут хорошо, все дела передал сыну, который с успехом справляется с работой", - сказал репатриант.

Работа на земле

Намык Арстаа говорит, что в Абхазии есть хорошие возможности заниматься сельским хозяйством, что он с удовольствием и делает. Совместно с представителем абхазской диаспоры в Турции Шамилем Эшба он занялся выращиванием овощей в селе Уарча.

"Я не мог просто так сидеть, ничего не делая, так как я вырос в селе, хотел выращивать овощи", - рассказал он.

Помимо выращивания овощей, Намык своими руками делает заготовки на зиму, он закатывает банки с вареньем, компотом, асыдзбалом и так далее. Жена репатрианта - мастер по вышиванию и вязанию вещей, в Сухуме у нее есть свое производство.

"Она приходит уставшей с работы, и я ей помогаю по дому, делаю все, что в моих силах", - сказал он с улыбкой.

Кроме всего прочего, сейчас Намык увлекся и выращиванием кур.

"Я подумал, если буду продавать 30 кур по 500 рублей, это 15 тысяч в месяц. Потом поехал к Рахми Ардзинба, который выращивает кур, и взял у него 400 цыплят", - подчеркнул Арстаа.

Эксперимент оказался удачным, в прошлом году Намык купил инкубатор и уже сам может выращивать кур и отправлять их на продажу. Он уверен, что абхазская диаспора не должна бояться возвращаться на историческую родину из-за страха не трудоустроиться, при желании работу найти в республике можно, считает Намык Арстаа.

 

Репатриант из Сирии Шараф Маршан, родившийся в 1940 году в селе Мумсие на Голанских высотах, рассказал свою историю, как война с Израилем лишила его семью дома, подробности читайте в материале Sputnik Абхазия.

Бадрак Авидзба, Sputnik

Дональд Трамп подписал декларацию о признании суверенитета Израиля над Голанскими высотами в присутствии премьер-министра Израиля Биньямина Нетаньяху 25 марта. Эта территория до 1967 года входили в состав Сирии, пока ее не заняли в результате Шестидневной войны израильские войска.

Из Турции в Сирию

До 1967 года, когда израильские войска захватили Голанские высоты в Сирии, там находилось 13 сел, где жили махаджиры (черкесы, абазины, абхазы, вынужденно покинувшие родину в XIX веке – ред.). Одно село было абхазским – Мумсие, именно там жила семья Шарафа Маршан.

После Кавказской войны дед Шарафа Маршан попал в Турцию вместе с другими махаджирами из Абхазии, позже, в начале XX века, перебрался на Голанские высоты. Сам Шараф родился в 1940 году.

Такое передвижение было вызвано эпидемиями, люди искали "чистое" место, где их не преследовали бы смертельные болезни, но и это редко помогало, рассказывает Маршан со слов своих предков.

В абхазском селе Мумсие было 70 семей, недалеко от него располагались другие деревни, населенные черкесами и абазинами, с которыми были налажены хорошие соседские отношения, вспоминает он.

После окончания школы и службы в армии Шараф уезжает в Турцию учиться в медицинском университете. В это время он увлекается коммунистическими идеями и вскоре за участие в митингах попадает за решетку.

"Я до сих пор коммунист", — гордо заявляет он.

Именно в то время, когда Шараф находился в тюрьме, началась война Израиля и Сирии за Голанские высоты в 1967 году.

Пришлось покинуть дом

Во время нападения Израиля в родовом доме Маршан в Мумсие оставались его отец, мать, двое старших братьев и сестра. Они оказались в эпицентре боев.

"Все пули и снаряды попадали к нам, причем с обеих сторон, поэтому жители всех 13 сел были вынуждены покинуть свои дома и направиться в сторону Дамаска", - говорит репатриант.

Некоторые перебрались в Кутсея, это было труднодоступное, но более безопасное место.

"Добраться туда было тяжело, автомобили могли проехать только половину пути, дальше нужно было идти пешком. Люди, которые выбрали это место, чтобы жить там, вынуждены были доставлять туда строительные материалы на ослах", - отметил Шараф Маршан.

Племянник Шарафа Маршан Анзор (сын знаменитого сирийского генерала Уалида Маршан – ред.) отважился на отчаянный поступок - с сирийским флагом пробрался на оккупированную израильтянами территорию.

"Люди не могли попасть в свои дома, которые они видели только издалека. В один из дней Анзор, взяв с собой сирийский флаг, сумел пробраться в наше родовое село Мумсие. После этого он позвонил отцу и сказал, что находится дома с флагом в руке. Потом, конечно, его заметили и выдворили, но этот случай говорит о том, как много значат для нас эти земли", - рассказал Маршан.

Новость о том, что Соединенные Штаты признали Голанские высоты за Израилем, Шараф воспринял с болью.

"В 1967 году война была не только между Сирией и Израилем, тогда Израиль поддерживали Франция, Великобритания, Америка, а Сирию только СССР, но тогда у Советского Союза было не так много возможностей и сил", - подчеркнул он.

Шараф Маршан - депутат трех созывов сирийского Парламента, в прошлом председатель Черкесского культурного центра в Дамаске. Сегодня он живет в Сухуме и работает в Госкомитете по репатриации, помогая вернуться на историческую родину и адаптироваться таким же репатриантам, как и он сам.

Во время арабо-израильских конфликтов страны Варшавского договора поставляли вооружение и технику Сирии и Египту. По итогам войны Судного дня (1973 год) стороны заключили соглашение о перемирии. В 1974 году на Голанах появились миротворческие посты ООН.

После вторжения террористов в 2013 году ООН свернула свою миссию в этом районе. В 2018 году армия Сирии установила контроль над граничащей с Израилем провинцией Эль-Кунейтра. В том же году миротворцы ООН возобновили патрулирование демилитаризованной зоны.

 

 

В Министерстве по репатриации Абхазии прошло торжественное мероприятие по случаю 26-летия со дня создания ведомства.

Сухум. Апсныпресс. 25 марта. Дамей Касландзия. На торжественном заседании, посвященном 26-летию Министерству по репатриации, присутствовал Президент Абхазии Рауль Хаджимба.

Министр по репатриации РА Беслан Дбар напомнил историю: «Нельзя не вспомнить, в каком положении находилась страна и народ 26 лет назад. Можно назвать этот период одним из труднейших в истории Абхазии. Неудачное мартовское наступление унесло 250 жизней наших ребят. После этого ужасного события, спустя неделю, Указом Владислава Ардзинба был создан Госкомитет по репатриации Абхазии. И нужно отметить поддержку братьев, которые пришли на помощь во время войны для защиты Отечества. Наше сегодняшнее собрание отчасти посвящено им – тем, кто, преодолев много трудностей, пришли на помощь абхазскому народу. Можно с уверенностью сказать, что наша диаспора, которая вернулась в Абхазию, помогает своему народу всем, чем может».

На торжественном заседании были вручены юбилейные медали «За Победу» ветеранам Отечественной войны народа Абхазии 1992-1993гг.

При этом Рауль Хаджимба подчеркнул: «Наши соотечественники из зарубежных диаспор многое сделали для Победы в Отечественной войне. Поддержка братьев удваивала силы в борьбе за свободу родной земли. Комитет по репатриации был государственным ведомством, созданным в сложное для страны время. За прошедший период укрепились связи с нашей диаспорой. Немало наших братьев вернулись на историческую Родину и участвуют в развитии государства».

За вклад в Победу в Отечественной войне народа Абхазии 1992-1993 гг. медалью «За Победу» награждены:
– Абыгба Еркал;
– Агрба Анзор;
– Агрба Дани;
– Агрба Недаль (посмертно);
– Агрба Ридуан;
– Агрба Теймураз;
– Агуас Имдат;
– Ажиба Александр;
– Званба Шандуан;
– Азакиши Валерий (посмертно);
– Адзинба Аслан;
– Адзинба Юрий (посмертно);
– Адзинба Шамиль;
– Куджба Окан;
– Аргун Неджат;
– Ардзинба Тайфун;
– Арютаа Риад;
– Арютаа Фадель;
– Арютаа Фарид (посмертно);
– Атрышба Кафкас;
– Атрышба Мухаррем;
– Атрышба Руслан;
– Атрышба Джамал;
– Ахба Сельчук;
– Шамба Осман;
– Ашуба Олджай;
– Цвизба Ергун;
– Авидзба Саим;
– Батрдок Недаль;
– Барчан Ахмед;
– Бутба Низам;
– Быдж Набиль;
– Гасан Джаркас (посмертно);
– Гечба Амир;
– Гечба Самер;
– Гечба Яхиа (посмертно);
– Гогуа Сонер;
– Гечба Усама;
– Дышак Басам;
– Канджешу Турхан;
– Кешт Али;
– Кумуков Ахмад;
– Кушба Бакир;
– Кушба Махмуд;
– Квадзба Явуз;
– Куджба Джазми;
– Каитоко Мухаррем;
– Кацба Умит;
– Кутарба Еркан;
– Лейба Халдун;
– Лигуаше Захит;
– Нагур Зиуар;
– Накопия Геннадий;
– Папба Нугзар;
– Папба Руслан;
– Пукаа Иихан;
– Сжаж Махмет;
– Сижажа Башар;
– Сижажа Хасан;
– Тхастыко Аслан;
– Варданиа Сефиттин;
– Храч Гюрджан;
– Хуте Инал;
– Халбад Надир;
– Хапад Есфер (Есыф);
– Чазмава Рауль;
– Чегем Кудрет;
– Чыгщ-ипа Сезгин;
– Чичба Зиуар;
– Чичба Надир;
– Чкуа Ерсин;
– Чкуа Музаффер;
– Шамба Рауль;
– Джанбек Захер.

 

Созданный в конце 2016 года внебюджетный демографический фонд «Азхара», задумывался как благотворительная организация, существующая за счет частных пожертвований и способствующая улучшению демографической ситуации в республике. Речь шла о том, что абхазские семьи, где рождается третий ребенок, будут получать по 100 тысяч рублей. С января 2017 года начались первые выплаты. Однако частных пожертвований оказалось совсем недостаточно, поэтому на поддержку фонда в 2017 и 2018 годах в республиканском бюджете были предусмотрены по 30 млн рублей.

Бюджет государства формируется за счет налогов, которые платят все его граждане, безотносительно к их национальной принадлежности, а вот средства фонда, львиную долю которых составляют бюджетные субсидии, направляются только на помощь абхазским многодетным семьям. Эта ситуация вызвала немало споров в обществе и в социальных сетях. Не только представители нетитульной нации, но и многие абхазы считают такое решение несправедливым. В 2019 году сумма, выделяемая фонду «Азхара» из республиканского бюджета, увеличена еще на 10 млн рублей и составляет уже 40 млн рублей.

Заместитель председателя парламентского комитета по международным, межпарламентским связям и связям с соотечественниками Астамур Логуа поделился своей точкой зрения по этому и ряду других вопросов.

– Астамур Омарович, на ваш взгляд, правильно ли, что фонд оказывает помощь только абхазским семьям?

– Это, конечно же, неправильно, но учитывая наши сложные демографические обстоятельства, пока это допустимо. Более того, этот проект дал толчок Кабинету министров к принятию новой программы по поддержке молодых и многодетных семей. В бюджете 2019 года на приобретение жилья для этой категории граждан заложено 40 млн рублей. Кто-то скажет, что это не так уж и много, но, тем не менее, это звенья одной цепи. С чего-то нужно начинать.

– У нас немало семей нуждается в жилье. Только в Сухуме в очереди на получение квартир стоят более двух тысяч человек. В то же время, репатриантам и жилье строят, и аренду квартир им оплачивают…

– Мы 25 лет занимаемся репатриантами, и никто не имеет права остановить процесс репатриации. Это мое мнение. Другое дело, насколько эффективно осуществляется этот процесс. Нам следует проанализировать, как именно идет этот процесс все эти годы, какие проблемы возникают, посчитать, сколько денег потрачено, какое количество соотечественников вернулось на историческую родину и многое другое.

В Абхазии, к сожалению, имеют место случаи противопоставления репатриантов местным жителям, что недопустимо. Я не первый год говорю о том, что, если мы не пересмотрим деятельность самого министерства по репатриации, то возникнет очень серьезная проблема, которую потом сложно будет решить.

По поводу фонда: да, сегодня он существует именно таким образом, но я надеюсь, придет время, когда мы сможем найти иной источник финансирования и станем поддерживать не только абхазские, но и все остальные многодетные семьи. Очень надеюсь, что наши братья и сестры других национальностей отнесутся с пониманием к этому вопросу. При этом мы должны работать над поиском решения, отвечающего интересам всех граждан республики.

– Безусловно, надо искать новые источники финансирования. Но сегодня, если можно так сказать, это похоже на поиск иголки в стоге сена.

– Иногда решение вопроса лежит на поверхности. Помните, во время обсуждения вопроса о повышении таможенной пошлины на ввозимые в республику табачные изделия я предлагал увеличить сумму с 5 до 10 процентов, но мои коллеги меня не поддержали. А если посчитать, то дополнительные 5% принесли бы 30 млн рублей.

Сегодня бюджет фонда репатриации составляет 132 млн рублей, а должно быть не менее 260 млн рублей. Я считаю, что министерство по репатриации следует назвать министерством по репатриации и демографии, а его бюджет поделить пополам: 130 млн рублей - на репатриантов и 130 млн рублей - на вопросы демографии. Именно эта сумма будет выделяться на поддержку молодых семей и решение демографических проблем государства. Подчеркиваю, государства, а не представителей одной нации. И тогда все будет справедливо.

Но сначала, как я уже говорил выше, нужно проанализировать, насколько эффективно работает сегодня министерство.

– Но 130 млн - это немалые деньги! Предположим, в следующий раз депутаты пойдут вам навстречу и увеличат акцизы до 10%. Где взять оставшиеся 100 млн рублей?

– Надо эти деньги изыскать! Естественно, мы не можем их забрать у образования или здравоохранения. Эти сферы, не говоря уже о сельском хозяйстве, наоборот, надо еще больше дотировать. В любой нормальной стране, когда возникает острая необходимость привлечения дополнительных средств в бюджет, товары не первой необходимости облагаются дополнительным налогом, увеличивается число подакцизных товаров и прочее. В нашем случае я имею в виду увеличение ставки акцизов на алкогольную продукцию, табачные изделия и даже на бензин, хотя с последним мы должны быть осторожны, потому что у нас сложная экономическая ситуация, и мы не можем поднимать цены на ввозимое топливо.

Что касается цен на алкоголь, табачные изделия или на ту же питьевую воду, которую в Абхазию завозят вагонами – то это вполне нормальные решения. Повысить ставку акциза на табачные изделия с 5 до 10%, поверьте мне, это можно было безболезненно сделать. Алкоголь тоже квалифицируется по-разному: есть дорогие и недорогие напитки, есть вина, пиво – очень большой разброс. Поэтому я считаю, что мы эти деньги можем безболезненно найти, и я хочу, чтобы и в парламенте, и в обществе был консенсус по этому поводу.

– Представляете, какой скандал такое решение может вызвать среди импортеров?

– Нужно разъяснить людям, что, если мы это сделаем, то привлечем дополнительные средства именно в демографию, при этом мы «залезем» в карман к бизнесменам не просто для того, чтобы обогатиться. Мы должны открыто и честно сказать им, на что эти деньги будут потрачены. Если просто скажем, что для общегосударственных нужд, то, извините, в это мало кто поверит. А если скажем, что эти средства пойдут на строительство квартир для молодежи или на оказание помощи при рождении ребенка, то люди пойдут нам навстречу.

Ведь некоторая обида на репатриантов часто основана на том, что многим из нас самим жить негде, а им квартиры дают бесплатно. Это очень сложная тема, и если мы не начнем ее решать, то процесс противопоставления будет только усугубляться. Это приведет к очень серьезным проблемам и отразится не только на ситуации внутри Абхазии, но и за ее пределами - на всем абхазском мире за рубежом. А в этом, я уверен, мы менее всего заинтересованы. Когда мы в парламенте говорим о будущем нашей страны, то некоторые решения нужно принимать очень быстро.

– Многие считают, что если помощь в первую очередь оказывалась бы нашим молодым семьям, то и детей рождалось бы больше, и в плане демографии мы не рассчитывали бы исключительно на репатриацию. Приведу пример: у меня есть друзья, живущие в трехкомнатной квартире всемером. Взрослый сын моих друзей говорит: если бы у него была отдельная трёхкомнатная квартира, то он завел бы не только двух, но и трех детей.

– Я прекрасно понимаю, о чем вы говорите. Я сам со своей семьей живу вместе с родителями. И у меня нет возможности не только купить, но даже снять отдельную квартиру. Однако противопоставлять все это процессу репатриации абсолютно не верно.

Сегодня в Абхазии 122 тысячи абхазов. В связи с тем, что многочисленная абхазская диаспора проживает в Турции, а также в Москве, нам нельзя допускать ошибок в работе с ними.

– Тогда еще один вопрос, которым задаются многие: почему многочисленная диаспора не помогает своей исторической Родине? Почему это делают армяне и евреи по всему миру? Определенный процент от своего заработка они перечисляют в специальный фонд своего государства. Разговор о пресловутом «одном долларе», который репатрианты могли бы зачислять в подобный фонд, идёт уже много лет, но воз и ныне там.

– Поймите, современному абхазскому государству всего 25 лет. Не забывайте, что раньше был Советский Союз, Абхазская АССР и понятие Родины для многих наших зарубежных соотечественников было размыто. Ситуация стала меняться с победой в Отечественной войне народа Абхазии 1992 –1993 годов. Некоторые из потомков махаджиров, живущих в Турции, вернулись в Абхазию еще перед войной. Кто-то приехал во время войны и встал на защиту Родины. Но большинство не так давно стало понимать, что у них действительно есть Родина.

Я понимаю, о чем вы говорите: действительно, наши соотечественники вполне могли бы оказывать помощь своей пострадавшей в войне Родине, а здесь получается, что при нашем скудном бюджете нам приходится их принимать и всем обеспечивать. Выделить один доллар под силу любой семье. Эти деньги можно было бы аккумулировать в специальном фонде при том же министерстве по репатриации и на эти средства строить жилье и для репатриантов, и для местных жителей.

Да, я согласен, что методы работы с нашими соотечественниками оставляют желать лучшего, поэтому и говорю о необходимости пересмотра политики деятельности министерства по репатриации. Нам надо сесть вместе с представителями зарубежной абхазской диаспоры и предметно обсудить волнующие всех вопросы, найти эффективные пути их решения. Может быть, они сами скажут: «Обеспечьте сначала местных жителей жильем». Более того, я считаю, что отдельно для репатриантов не стоит строить. Их нужно селить вместе с местными, так они быстрее адаптируются, выучат язык.

Кстати, помощь репатриантам может быть и иной. Приведу один пример: четыре года назад мы приняли репатриантов из Сирии. Среди них мой друг, он хороший парикмахер-барбер, который стрижет бороды Ему выделили квартиру в селе Мачара, он женат на местной девушке, у них растет сын. Недавно мой друг говорит: «Помоги мне, я плачу за аренду помещения 30 тысяч рублей, а напротив продается помещение за 1,5 млн рублей. Зачем мне платить аренду, я готов вернуть квартиру, которую мне дало министерство, а в обмен пусть мне купят помещение. Я расширю свой бизнес, буду зарабатывать, а потом сам смогу купить себе квартиру». При этом он готов временно снимать квартиру, что обойдется ему дешевле, чем арендовать помещение под парикмахерскую.

Я привел лишь один пример, а их немало. Поэтому я еще раз возвращаюсь к вопросу об эффективности работы министерства по репатриации. Может быть, не стоит говорить соотечественникам – приезжайте, мы вам выделим жилье, предоставим льготы, работу, обучение, а потом оказывается, что у нас нет таких возможностей. Нужно говорить людям правду о том, что у нас была война, о том, что она нанесла серьезный ущерб Абхазии, но мы можем выделить репатриантам землю, чтобы они сами построили себе жилье.

Еще одно предложение, о котором я не раз разговорил и в парламенте, и с представителями министерства по репатриации, но, к сожалению, мы ни к чему не пришли. Раньше действовала программа, по которой а репатриантам покупали жилье. Было много скандалов, потому что квартиры и дома покупались по завышенным ценам, у своих. Налицо – коррупция. В конечном итоге решили, что надо не покупать жилье, а строить. Но и этот метод не оправдывает себя.

На мой взгляд, лучше первый вариант. Объясню почему: мы не создаем никаких анклавов, люди быстрее интегрируются в наше общество, живя в доме рядом с местными гражданами. Нужно просто исключить коррупционную составляющую.

Как это сделать

Зачастую люди продают жилье не от хорошей жизни. Да, есть случаи, когда сбывают «прихватизированные» квартиры, но чаще люди продают жилье из-за проблем. Посмотрите объявления: кто-то ребенка хочет вылечить, кто-то сам болен, или еще какие-то проблемы. Недавно видел «бегущую строку» с информацией о том, что в Новом районе срочно продается трехкомнатная квартира за 600 тысяч рублей.

Государство может объявить тендер на покупку квартир по определённым ценам. К примеру, однокомнатную квартиру - не дороже 400 тысяч рублей, двухкомнатную – не дороже 600 тысяч рублей, трехкомнатную – не дороже 1 млн рублей. Дома можно приобретать подороже – до 1,5 млн рублей, тут все зависит от размеров. Сегодня на абхазском рынке жилья такие цены. Когда государство заявит, что дороже покупать не будет, мы исключим коррупционную составляющую. Кстати, это может подтолкнуть многих к оформлению жилья, которое они заняли, но до сих пор не оформили.

Эти квартиры в равных долях можно распределять между репатриантами и местными, теми кто действительно нуждается в жилье. 40 млн рублей по новой программе на покупку квартир государством уже выделено, осталось лишь разумно подойти к их использованию.

Беседовала Наталья Шульгина

Фото Sputnik Абхазия

http://abkhazinform.com/

 

Министерство по репатриации подвело итоги 2018 года в ходе заседания Кабинета Министров Республики Абхазия, которое прошло в четверг 28 февраля.

СУХУМ, 28 фев – Sputnik, Бадри Есиава. Более 500 репатриантов получили паспорта гражданина Абхазии в 2018 году, и это рекордные показатели, сказал министр репатриации Абхазии Беслан Дбар на заседании Кабмина в четверг 28 февраля.

"Хочу отметить, что из этих 543 человек, получивших абхазское гражданство и паспорта гражданина республики, 430 репатриантов восстановили свои исконные фамилии", - отметил Дбар.

По словам министра, в число этих людей вошли выходцы из Сирии, Турции, Иордании, России, Египта, США, Нидерландов, Ливана, по одному из Эстонии, Грузии и Израиля.

Глава Галского района Тимур Надарая выразил обеспокоенность по поводу одной из стран, откуда соотечественники пребывают в Абхазию, а именно, речь шла о Грузии. Он уверен, что спецслужбы сопредельного государства ведут активную работу по вербовке агентов, и Абхазии следует быть осторожнее, бдительнее в этом.

В ходе своего выступления министр по репатриации также отметил, что нередко возникают проблемы и со сбором документов, оформлением абхазского гражданства людям, у которых мать абхазской национальности, но отец, к примеру, турок или кабардинец. Он добавил, что в комиссии по предоставлению гражданства к сегодняшнему дню поступило 152 заявления.

Дбар подчеркнул, что не все репатрианты, получившие абхазское гражданство, остаются жить в республике. Многие из них уезжают обратно, но немало тех, кто возвращается снова. Например, в 2018 году 45 человек на постоянной основе вернулись в Абхазию и получили статус репатрианта.

Одной из главных проблем, которую переживают репатрианты в Абхазии, Дбар назвал нехватку жилплощади.

"По этой причине каждый месяц из фонда репатриации выделяется 600 000 рублей на оплату аренды жилья. В общей сложности в наше министерство уже поступило 518 заявлений с просьбой о предоставлении жилплощади", - отметил Дбар.

Для решения этого вопроса в селе Мачара Гулрыпшского района для репатриантов строится коттеджный поселок, рассчитанный на сто семей. Там планируется построить четыре дома, в два из которых можно будет заселиться уже к концу первого полугодия 2019 года. Оставшиеся работы планируют завершить к концу года.

Дбар также поделился интересной информацией о том, что в прошедшем году 15 репатриантов обзавелись семьями в Абхазии, родилось 23 ребенка.

Глава экономического ведомства республики Адгур Ардзинба признался, что отчет коллеги его растрогал и напомнил о войне, когда ему было всего десять лет.

"Я прекрасно помню, пускай никто не обижается, мы сидели дома и обсуждали возможность того, если мы проиграем войну, куда нам податься и на что нам жить. Мы ведь до последнего не знали, чем закончится эта война. Те люди, которые сегодня возвращаются в Абхазию, это те, кто был вынужден покинуть свою родину. Слава богу, нас эта участь не постигла", - поделился воспоминаниями Ардзинба.

Рассуждая о положении репатриантов в стране и неприятных инцидентах, в которые они порой попадают, Ардзинба привел в пример нападение на один из магазинов в Сухуме, принадлежащий репатриантам, и сказал, что за подобные действия виновников нужно наказывать по всей строгости закона, а обществу следует порицать подобные действия.

Он также поинтересовался у министра внутренних дел Абхазии Гарри Аршба, чем закончилась эта история.

"Трое фигурантов этого дела были задержаны, остальные поданы в розыск. Данная статья не предусматривала больше года и пяти лет лишения свободы и, как вы знаете, у нас была амнистия, под которую они попали по решению суда", - ответил Аршба.

Изначально, с сожалением добавил он, это уголовное дело было возбуждено как разбойное нападение, что предусматривало лишение свободы свыше пяти лет, но в связи с тем, что потерпевшие не дали показания по этому инциденту, дело было переквалифицировано.

"Чтобы доказать факт разбойного нападения, необходимы показания потерпевшего", - уточнил министр внутренних дел.

Такой исход дела Ардзинба назвал показательным. Он подчеркнул, что Госкомитет по репатриации был реорганизован в министерство по причине того, что работа этого ведомства имеет большое значение для страны, и если не удастся обеспечить безопасность репатриантов, то все усилия ведомства не будут иметь результата. Это применимо и к деятельности Минэкономики в части привлечения инвестиций, подчеркнул Ардзинба.

Министр репатриации согласился с мнением коллеги и подчеркнул, что без единения и поддержки репатриантов во всем вернуть соотечественников на их историческую родину не удастся.

Госкомитет по репатриации был реорганизован в министерство в мае 2018 года.

Госкомитет по репатриации Республики Абхазия был создан 23 марта 1993 года для развития отношений между республикой и зарубежными абхазскими диаспорами. Ведомство оказывает помощь репатриантам в адаптации на исторической родине.

В 1998 году создан внебюджетный Фонд комитета для финансирования Госпрограммы репатриации. Согласно закону Республики Абхазия "О репатриантах", вернувшиеся на постоянное место жительства абхазы и абазины в течение пяти лет имеют статус репатриантов.

К концу 2018 года статус репатрианта получили около десяти тысяч человек, примерно пять тысяч из них постоянно проживают в республике. В основном это соотечественники из Турции, Сирийской Арабской Республики и Иордании.