Аквафон Роутеры
Аквафон Красивый номер
Онлайн платежи
Аквафон ЦО
Приложение
Аквафон Апра
Домашний интернет за бонусы
Роуминг (супер роуминг)
Конструктор
Безлимитный интернет
Previous Next Play Pause

Масштабный кризис в экономике Абхазии усиливается, республику ждут еще более непростые времена, чем до сих пор. Властям придется решиться на непопулярные реформы. В первую очередь, речь должна идти о сокращении огромного бюрократического аппарата.

Кризис во всех сферах в Абхазии приобрел уже хронический характер. К этому местные жители уже привыкли, почти как к традиционной чашке утреннего кофе. Но тут еще и пандемия.

Закрытые границы, ноль туристов и туманные перспективы. Ситуация, когда не знаешь, что выбрать:

• открыть курортный сезон и заработать немного денег — но при этом похоронить всю систему здравоохранения?

• или продолжить изоляцию от внешнего мира — голодными, но здоровыми?

«Денег нет»

Ничего хорошего не ожидается – зарплата бюджетникам за июнь и июль 2020 года будет идти с большим опозданием, уже сообщил премьер-министр Александр Анкваб.

Министр по налогам и сборам Даур Курмазия обреченно констатировал — резервов для пополнения бюджета больше нет.

Министр финансов Владимир Делба в той же прискорбной тональности спрогнозировал к концу года падение ВВП на 10 процентов и дыру в бюджете в два миллиарда рублей [около $430 млн].

Какие будут действия правительства, кроме как фиксировать безнадежную ситуацию, так никто и не сообщил. И уже давно пора заявить властям то, что вертится у всех на языке:

«Так жить нельзя».

Что не так с экономикой в Абхазии

О каких радужных перспективах может идти речь, если весь доход государственной казны идет на содержание работников бюджетной сферы? А половину из них составляет бюрократический аппарат, не способный что-либо путное сделать.

Бизнес просто не в состоянии содержать такую толпу чиновников.

Соотношение работающих в реальном секторе экономики и госаппарате один к четырем, а если сюда прибавить и пенсионеров, то и вовсе один к семи.

Если бы в феодализме количество помещиков было в разы больше, чем крестьян — этот строй и года не просуществовал бы. Несмотря на всю ущербность, там хотя бы были заложены элементарные законы экономики.

Но в современной Абхазии смена власти происходит посредством штурма президентского дворца. Возможно, поэтому законы экономики никто тут в расчет не берет. У власти есть уже выработанный на генетическом уровне страх перед непопулярными мерами.

Поговорить о реформах, продолжать мечтать и ничего не делать – с этим проблем нет. Но вот сделать что-то реальное – на это способностей и смелости не хватает.

Абхазская власть боится последствий любых своих действий.

А между тем именно из-за ее бездействия экономика оказалась в коллапсе.

Что надо сделать?

Пора уже президенту и правительству открыто сказать — бюджет не в состоянии содержать столь громоздкий по своим контурам и столь неэффективный по содержанию бюрократический аппарат.

Необходимы значительные (не на бумаге, а на деле) сокращения. Тем более, что лучшего момента для столь непопулярного действия может и не появиться.

Во-первых, пандемия и ее последствия изначально освободили электорат от благостных ожиданий.

Во-вторых, власть в Абхазии совсем новая, и что бы она сейчас ни сделала — ее свергать не будут. Определенный срок на раскачку обычно дается каждому абхазскому президенту, в это время даже злые и недовольные оппоненты не подходят к президентскому дворцу.

В-третьих, на улице лето, Абхазия живет в субтропиках, с голоду точно народ не умрет. Хуже, чем в 1990-е, точно не будет.

После грузино-абхазской войны (1992-1993 годы) шесть лет Абхазия сидела в жесткой блокаде, в том числе и со стороны России. Мужчины от 18 до 60 лет не могли легально попасть в соседний российский Адлер — а чуть ли не единственным доходом для людей тогда была возможность продать там мандарины.

Оттягивать ситуацию – себе дороже. К следующему году, может, мир и решит что-то с коронавирусом, но для Абхазии передышки точно не будет.

Впереди другое испытание — как минимум на четыре месяца встанет на ремонт единственная электростанция, питающая Абхазию — ИнгурГЭС.

Платить за потребляемую во время простоя ГЭС энергию, которую будет поставлять Россия, республика будет по российским тарифам. А они, как известно, почти в десять раз выше абхазских.

Москва потом спишет эти деньги с той финансовой помощи, что получает ежегодно Абхазия.

В начале 2020 года ИнгурГЭС встала всего на пару недель — а чек был примерно на 500 миллионов рублей [около $7,24 млн].

Сумма за четыре месяца может оказаться больше всего ежегодного транша, получаемого Абхазией из Москвы. Последствия пандемии для республики, по сравнению с длительным простоем Ингур ГЭС, покажутся цветочками.

Так что абхазской власти надо честно признаться перед своим народом, что дальше так жить нельзя.

Инал Хашиг

https://jam-news.net/ru/

Примерно через неделю Координационный штаб по защите населения от коронавирусной инфекции вновь соберется на заседание, чтобы в очередной раз обсудить режим ограничительных мер в Абхазии еще на полмесяца, до 15 июля. И если, напомню, 28 мая на заседании этого штаба очень короткая дискуссия возникла только по вопросу открытия детсадов, а 11 июня весьма долго дискутировали о том, разрешить или нет проведение театральных спектаклей и других зрелищных мероприятий в закрытых помещениях, то на предстоящем заседании в центре внимания должен оказаться вопрос открытия абхазо-российской государственной границы по реке Псоу. Ведь почти все остальные послабления в республике были уже объявлены ранее. По-прежнему под запретом остаются работа детских садов и организация экскурсий. Последняя, впрочем, тоже непосредственно связана с туристическим сезоном.

Разумеется, это произойдет в случае, на что все надеются, если ни в Абхазии, ни в России не случится в предстоящую неделю ухудшения ситуации с коронавирусной пандемией, а, наоборот, сохранится нынешняя тенденция к снижению заболеваемости и снятию ограничений. Раньше на заседаниях штаба до обсуждения вопроса об открытии границы дело даже не доходило, ибо закрытая граница оставалась залогом эпидембезопасности внутри страны. Но вот кривая вновь заболевших в РФ постепенно пошла на спад, снимаются карантинные ограничения, а в Абхазии, как известно, активная фаза летнего туристического сезона как раз и начинается обычно с 1 июля. Плюс финансовые проблемы в республике, ставшие неизбежным последствием ограничительных мер из-за пандемии. Словом, если даже раньше некоторые лоббисты открытия границы пытались проводить акции с целью оказать соответствующее давление на власть, то теперь явно приближается тот час Х, после которого в случае неудовлетворения их требования возможен и серьезный социальный взрыв. Между тем, достаточно явственно звучат и голоса считающих, что преждевременно «распахнутая» граница на Псоу если не смерти подобна, то сопряжена с чрезмерными рисками. Словом, два подхода в этой ситуации, возможное столкновение которых в Абхазии прогнозировалось еще ранней весной, теперь напоминают мчащиеся друг другу навстречу по одному пути локомотивы…

Некоторые вчерашние сообщения СМИ активизировали настроения за скорейшее начало турсезона. Так, ряд российских интернет-изданий привел данные сервиса бронирования жилья для отдыха tvil.ru на лето 2020 года. И оказалось, что чаще всего за рубежом россияне, при неясностях пока с дальним зарубежьем, бронируют места для отдыха в Абхазии. На нее пришлось 94% оплаченных заявок — на Пицунду, Новый Афон, Гагру, Сухум и другие города-курорты. В Грузию планируют поехать этим летом 4% туристов, а 2% – в Белоруссию.

Список составлен на основании данных бронирований жилья для отдыха туристами на период с 1 июня по 31 августа 2020 года. Председатель Экспертного сообщества агентства Инновационного развития регионов России Елена Чурина считает, что Абхазия справедливо лидирует в этом рейтинге. «Во-первых, это любимые курорты для россиян. Только Турция могла бы соперничать, но сейчас она закрыта. Соответственно, если российский турист выбирает, куда ему поехать вместо Турции, то по цене, удобству, экологии, гостеприимству – это, конечно, Абхазия. Поэтому количество заявок, посчитанных в этом рейтинге, справедливо ставит Абхазию на первое место. Абхазию, как черноморский курорт всегда любят. Другое дело, что если платежеспособный клиент выбирает между Абхазией, Турцией или Крымом, то он поедет в Турцию. На момент пандемии, когда в Турцию нет ни самолетов, ни чартеров и непонятно, как добираться обратно, конкуренция устанавливается между Абхазией, Крымом и Сочи. Если брать критерий «цена, экология, гостеприимство», то Абхазия выигрывает во всех отношениях. При всей моей любви к красоте и удобству Крыма, уникальность природы Абхазии несомненна», – отметила Чурина и добавила, что немаловажным фактором в формировании рейтинга курортов оказался тот факт, что в Абхазии мало заболевших коронавирусом. «Есть надежда, что границу достаточно быстро откроют и российский турист поедет на излюбленные курорты Абхазии», – сказала она.

Комментаторы в абхазском сегменте соцсетей восприняли эту информацию как весьма для Абхазии лестную, особенно когда она была изложена в публикации под заголовком «Абхазия обходит Грузию по числу бронирований на отдых россиян на 90%». Но наиболее информированные из них не могли не обратить внимание на несоответствие между этими оптимистичными цифрами и тем, что, согласно подписанному 12 июня распоряжению президента Абхазии, бронирование в местах размещения туристов по-прежнему до 1 июля не разрешено. То есть тут, скорее, мы имеем дело с некоей «двойной бухгалтерией». А еще понятно, что бронирование в июне – это пустой звук, так как россияне в этом месяце уже не приедут.

Воспряли духом с нетерпением ждущие начала турсезона интернет-пользователи и ознакомившись вчера с сообщением о том, что губернатор Краснодарского края Вениамин Кондратьев заявил: карантин в регионе отменяется с 21 июня. «Не выявлен ни один заболевший среди отдыхающих. Это то, за что мы переживали, начав открываться (с начала июня)… Это говорит о том, что мы действуем логично, мы действуем правильно… Мы возвращаемся к прежней жизни во всех сферах, но поэтапно», – сообщил Кондратьев в ходе заседания оперативного штаба. Все, кто въезжает в Краснодарский край из других регионов России, не будут помещаться на обязательный карантин в обсерваторы. При этом сохраняется масочный режим; на въездах в край, в аэропортах и на вокзалах у всех приезжающих будет измеряться температура.

«А мы чего ждем? Окончания сезона?» – задался вопросом один из абхазских интернет-комментаторов. Другой вообще перевозбудился от гнева: «Бесконечное продление... выдумывание новых правил... Все для того, чтобы простому человеку создать массу проблем и преград, чтобы жизнь медом не казалась... Согнать бы эту кучку «затейников» с их мест!». Некоторых весьма смутило то, что прибывшие в край из-за границы по-прежнему будут помещаться в обсерваторы: «И кто с нашей стороны въедет на территории РФ, будет закрыт на 14 дней? Т.е. туристы, выбирайте сами, хотите поехать в Абхазию, тогда на обратном пути засядете у нас в обсерватор! Краснодарский край из года в год всякие подлянки нам устраивает перед сезоном, чтоб туристы не ехали в Абхазию, а тут у них вообще все карты на руках».

Однако, нетрудно догадаться, что активничают в таких случаях «материально заинтересованные» в турсезоне интернет-пользователи. Президент Абхазского союза туризма Анна Калягина опубликовала в соцсетях шутливый пост: «Кто еще задаст мне вопрос, когда откроют границу на Псоу, будет расстрелян». Последовало около ста комментариев в тон ей.

Чтобы познакомиться с настроениями в обществе в целом, я начал задавать своим знакомым сухумцам вопрос, стоило бы, по их мнению, начать в Абхазии турсезон с 1 июля. Как выразился один из них, «и хочется, и колется, и Скорик не велит», заменив слово «мама» в известном присловье на фамилию главного санитарного врача Абхазии Людмилы Скорик. При этом, конечно, не имело смысла опрашивать занятых в турбизнесе или же медиков: их ответы были бы известны заранее.

Сегодня обзвонил несколько экспертов и задал им тот же вопрос.

Лиана Кварчелия, замдиректора Центра гуманитарных программ, ответила:

«Я думаю, мы не готовы с 1 июля открывать курортный сезон, потому что… Я считаю, что это очень опасно. Если бы мы подготовились, к августу какие-то меры безопасности предприняли бы…

– То есть вы считаете, что в лучшем случае только с 1 августа можно?

– Думаю, да. Нам надо посмотреть, как в России пойдет развитие ситуации. То, что там объявляют, – одно. А то, что реально происходит, то, о чем мы читаем в соцсетях и на разных ресурсах, – это совершенно другое».

Режиссер Ибрагим Чкадуа тоже считает, что лучше не торопиться:

«Надо твердо договориться с российской стороной, как-то увязать открытие сезона в том смысле, что, если у нас вдруг произойдет массовое заражение, мы не справимся сами, и чтобы к нам пришли на помощь. Я бы оттянул начало сезона как можно дальше, до 15-го.

– До 15 июля?

– Да».

Блогер Роин Агрба мыслит примерно так же:

«Нужно на ситуацию посмотреть. Может быть, ближе к августу. Если будет такая необходимость, можно и вообще без турсезона остаться. Ну, а что? Жили десять лет в блокаде – прожили же!».

Общественный деятель Алхас Тхагушев считает:

«Мне кажется, у нас есть возможность посмотреть, какова будет динамика в Сочи. Вот они, предположим, открыли шлюзы и к ним поехали люди из других регионов России. И мы за две недели… я не думаю, что две недели – это такой критический срок, за который мы настолько обнищаем, что у нас коллапс случится. Две недели – это некритично. Нужно посмотреть. А то, что мы здесь не будем соблюдать самых элементарных норм самоизоляции, для меня совершенно очевидно».

Премьер-министр Абхазии Александр Анкваб встретился с представителями сферы здравоохранения, членами Координационного штаба по защите населения от коронавируса, министром здравоохранения Тамазом Цахнакия, главным санитарным врачом страны Людмилой Скорик, главным санитарным врачом города Аллой Беляевой. В работе совещания также принял участие министр туризма Теймураз Хишба. Обсуждались текущие мероприятия по недопущению распространения коронавирусной инфекции в Абхазии, возможность и условия выхода из режима ограничений в области туризма. Представителям медицинского сообщества совместно с Минтуризма согласно поручению главы правительства предстоит сформировать экспертное мнение и вынести вопрос на ближайшее заседание штаба до 1 июля 2020 года.

Виталий Шария

Эхо Кавказа

 

Беслан Джопуа был назначен указом президента 28 апреля первым вице-премьером Республики Абхазия.

СУХУМ, 19 июн - Sputnik. Президент Абхазии Аслан Бжания назначил первого вице-премьера Беслана Джопуа министром сельского хозяйства республики.

"Назначить Первого Вице-премьера Республики Абхазия Джопуа Беслана Цибовича министром сельского хозяйства Республики Абхазия", - говорится в указе главы государства.

Беслан Джопуа родился в 1962 году в Абхазской АССР. Окончил факультет агрономии Сухумского ГИСХа.

В 1989 году стал организатором молодежного коммерческого центра "Амза". В 1992-1993 годах участвовал в Отечественной войне народа Абхазии.

С 1993 года работал главным инженером Очамчырской чаеразвесочной фабрики. В 2007 году стал депутатом Народного Собрания Абхазии. В 2011 году стал министром сельского хозяйства. На этом посту он проработал до 2014 года.

 

 

Парламент Абхазии на заседании в четверг 18 июня принял постановление об исполнении бюджета фонда репатриации за 2018 год. Контрольная палата республики заявила о нецелевом использовании средств в фонде.

О том, какие финансовые нарушения выявила Контрольная палата, и почему руководитель фонда репатриации и бывший председатель Госкомитета по репатриации не считают это нарушением, читайте в материале Sputnik.

Сария Кварацхелия, Sputnik

Не по плану

В 2018 году в бюджете фонда репатриации было заложено свыше 142 миллионов рублей. Согласно смете расходов, эти средства направлялись на нужды репатриантов, строительство им жилья, оплату заработной платы сотрудникам фонда, на идеологическую работу и многое другое.

Изучив отчет по исполнению бюджета фондом, Контрольная палата заметила финансовые нарушения. А именно нецелевое и неэффективное использование средств внебюджетного фонда.

Как рассказала об итогах проверки председатель парламентского комитета по бюджету, кредитным организациям, налогам и финансам Натали Смыр, в 2018 году были приобретены в собственность нерепатриантов квартира за три миллиона 800 тысяч рублей и дом за два с половиной миллиона рублей, а также была осуществлена нецелевая покупка пальм на сумму более миллиона рублей, которые были высажены на территории Госкомитета.

По оценкам заместителя председателя Контрольной палаты Зураба Отырба, расходование было в "достаточно крупном размере" – речь идет о сумме более чем в семь миллионов рублей.

Отырба подтвердил, что квартира был приобретена не репатрианту, бывшему секретарю Совета безопасности Мухамеду Килба

Однако в самом фонде объясняют, что Мухамед Килба был репатриантом и указ о финансировании покупки ему жилья исходил свыше.

"Обычно процедура такая: приходит бумага от руководства, а это может быть не только начальник Госкомитета, но и премьер-министр, и президент страны, о том, чтобы мы приобрели данному гражданину жилье в связи с тем, что он являлся репатриантом и имеет такие-то заслуги. В случае с Мухамедом Килба было именно так. Раньше фонд финансировал покупку жилья репатриантам, но это программа была приостановлена из-за того, что рынок жилья был неоднозначен, и цены зачастую были завышены. С 2017 году стали отдельно строить трех-четырехэтажные здания квартирного типа для потомков махаджиров. Отдельно же жилье практически не покупали. Это были единичные случаи в виде исключения", – пояснил руководитель фонда репатриации Энвер Чамагуа, не уточнив, чьим распоряжением фонд руководствовался в конкретном случае.

Бывший министр по репатриации и демографии Беслан Дбар не считает покупку жилья Мухамеду Килба нецелесообразным, "потому что он герой Абхазии".

"Он добровольцем пришел, воевал. После войны через комитет по репатриации получил абхазское гражданство, он такой же полнокровный репатриант, как все остальные. Просто стыдно, что этот человек до 2018 года не имел жилье в Абхазии", – сказал Дбар.

Экс-глава ведомства также опроверг нецелесообразность приобретения дома якобы не репатрианту.

"Другой факт - покупка дома в Гудауте. Это семья Лейба - репатрианты из Сирии. Там четыре сына, один из них уже женился. Представители фамилии Лейба сыграли ему свадьбу, и мы приобрели дом за два с половиной миллиона. А с другими материалами заключения я еще не знаком, потом, когда ознакомлюсь, будет сделано соответствующее заявление", - добавил Дбар.

Неплановое благоустройство

Другим финансовым нарушением Контрольная палата посчитала ремонт здания, в котором располагается Министерство репатриации и благоустройство территории вокруг нее на три с лишним миллиона рублей. А также в 2018 году "неоднократно выдавались премии сотрудникам Министерства репатриации и демографии" больше чем на полмиллиона рублей.

Все эти расходы, по убеждению зампреда Контрольной палаты Зураба Отырба, не соответствуют положению фонда репатриации. По его словам, содержание Госкомитета по репатриации предусмотрено в республиканском бюджете, и оно не должно лечь бременем на внебюджетный фонд. А средства фонда должны использоваться "только на нужды репатриантов".

"Конечно, нужен ремонт, нужно озеленение, нужно благоустройство, но за счет республиканского бюджета, если он выдерживает, если это предусмотрено в законе о республиканском бюджете. В законе о внебюджетном фонде репатриации все эти расходы не утверждены", – пояснил Отырба.

Энвер Чамагуа признает, что эти расходы не были указаны в смете расходов фонда на 2018 год, однако так как фонд финансирует нужды Госкомитета по репатриации, он оплатил расходы и на благоустройство.

"Фонд занимается аккумулированием денежных средств и следит за их расходованием в рамках статей, указанных в бюджете на тот или иной год. По программе идет финансирование на нужды репатриантов и самого ведомства. Официально у ведомства есть свой бюджет, но и раньше была такая практика, что фонд финансировал расходы на нужды ведомства, потому что не хватает денег, которые государство выделяет Госкомитету. Например, здание и территория вокруг стоят на балансе Госкомитета. Но у них не было средств на облагораживание этой территории. Поэтому им пришлось из бюджета фонда взять деньги на благоустройство", – подчеркнул Чамагуа и добавил, что сам он возглавил фонд лишь во второй половине 2018 года, к тому моменту деньги на облагораживание территории вокруг Госкомитета уже были выделены.

В ревизионном органе уверены, что нарушение в данном случае идет как со стороны Госкомитета по репатриации, так и со стороны руководителя внебюджетного фонда, и "кто бы сверху не давал указания, надо руководствоваться законом". По словам Зураба Отырба, фонд должен был отказать ведомству и не исполнять распоряжения, которые противоречат принятому закону о внебюджетном фонде.

Однако в самом фонде репатриации отмечают, что в данном вопросе не все так однозначно, и фраза "нецелевое использование бюджетных средств" – спорная. В то же время Чамагуа согласен с тем, что необходимо выстроить "правильную работу по формированию бюджета и Госкомитета, и фонда".

"Но при этом нам нужна четкая законодательная база, которая нам поможет улучшить и упростить взаимодействие между фондом и Госкомитетом. Мы все это должны в законном порядке исполнять. Чтобы и руководитель фонда имел какие-то механизмы, чтобы не исполнять приказы вышестоящего начальства. На сегодняшний день у Фонда отсутствуют защитные механизмы. С 1998 по 2011 годы эти механизмы присутствовали. Но в 2011 году их упразднили. То есть фактически Фонд сделали при Госкомитете по репатриации. Мы не раз обращались в Парламент, чтобы законодательно регулировать этот процесс", – отметил Энвер Чамагуа.

Итоги проверки Контрольная палата направила в Парламент и в Кабинет министров. Сейчас инспекторы ревизионного органа проводят плановые проверки в фонде репатриации. По словам Зураба Отырба, если в фонде будут выявлены серьезные нарушения в части нецелевого использования бюджетных средств, то эти материалы будут направлены в Генеральную прокуратуру.

"Сегодня наши инспектора, согласно нашему плану работу, вышли на внебюджетный Фонд репатриации, и они проверяют период 2018-2019 годов. Если на основании проверок коллеги примут решение, что необходимо материал направить в Генпрокуратуру, то мы, конечно, это сделаем. Контрольно-ревизионные мероприятия носят плановый характер. Они не стали результатом выявленных по отчету нарушений. Расходы внебюджетного фонда всегда были идентичны 2018 году", – добавил Отырба.

В Абхазии функционируют пять внебюджетных фондов, чей бюджет формируется из социальных платежей. На данный момент социальные отчисления для бюджетных организаций в фонды составляют 14,5 % ежемесячно: фонд инвалидов - 1,5%, фонд соцстрахования - 1%, фонд репатриации - 2%, пенсионный фонд - 10%.

Для организаций, находящихся на хозрасчете, отчисления составляют 20%: фонд инвалидов - 1,5%, фонд соцстрах - 2%, фонд репатриации - 2%, фонд медицинского страхования - 1%, пенсионный фонд - 13,5 %.

 

Другого момента, кроме как сейчас, пойти власти на непопулярные меры, может и не быть.

Абхазскую экономику ждут непростые времена. Она и раньше на ладан дышала, вследствие чего масштабный кризис во всех сферах приобрел хронический характер, и к этому абхазы уже давно привыкли, почти как к традиционной чашке утреннего кофе, а тут еще пандемия. Закрытые границы, ноль туристов и туманные перспективы. Это когда не знаешь, что лучше: открыть курортный сезон и заработать немного денег, и при этом похоронить всю систему здравоохранения страны, или продолжить изоляцию от внешнего мира голодными, но здоровыми.

Премьер-министр Александр Анкваб уже сообщил, что ничего хорошего не ожидается – зарплата бюджетникам за июнь и июль будет идти с большим опозданием.

Министр по налогам и сборам Даур Курмазия обреченно констатировал: резервов для пополнения бюджета больше нет.

Министр финансов Владимир Делба в той же прискорбной тональности спрогнозировал к концу года падение ВВП на 10%, и дыру в бюджете в два миллиарда рублей.

Какие будут действия правительства, кроме как фиксировать «безнадегу» никто не слышал. Хотя по логике вещей в самый раз вслед за «А» произнести букву «Б». То есть, заявить властям то, что давно уже вертится на языке: «Так жить нельзя».

Ну и вправду, о каких радужных перспективах может идти речь, если весь доход государственной казны идет на содержание работников бюджетной сферы, из которых половину составляет не способный что-либо путное для страны и граждан сделать бюрократический аппарат?

Бизнес просто не в состоянии содержать такую толпу чиновников. Соотношение работающих в реальном секторе экономики и госаппарате один к четырем, а если сюда прибавить и пенсионеров, то и вовсе один к семи.

Если бы в феодализме количество помещиков было в разы больше чем крепостных крестьян, этот строй и года не просуществовал бы. Несмотря на всю ущербность бытия, там хотя бы были заложены элементарные законы экономики.

Но в современной Абхазии, где посредством штурма президентского дворца периодически происходит пересменка власти, законы экономики никто в расчет не берет. Понимать – понимают, тут ведь Гарвард заканчивать не надо, но сделать ничего не могут. У власти есть уже выработанный на генетическом уровне страх на непопулярные меры. Поговорить о реформах, удариться в маниловщину – с этим проблем нет. Но вот сделать какое-то реальное действие – кишка тонка. Абхазская власть плоть от плоти по отношению к чеховскому «человеку в футляре». Мысль «Как бы чего не вышло» рефреном сопровождает ее.

А между тем уже «вышло». Экономика в коллапсе.

Так вот, пора уже президенту и правительству говорить «Б»: что государство не в состоянии содержать столь громоздкий по своим контурам, и столь не эффективный по содержанию, бюрократический аппарат. Необходимы значительные (не на бумаге, как у нас это уже происходило, а на деле) сокращения. Тем более лучшего момента для столь непопулярного действия может и не появиться.

Во-первых, пандемия и ее последствия изначально освободили электорат от благостных ожиданий.

Во-вторых, новой власти в Абхазии без году неделя, и чтобы она сейчас не сотворила, ее никто свергать не будет. Определенный лимит на раскачку, когда злые штурмовики близко не подходят к президентскому дворцу, с пониманием дается каждому абхазскому президенту.

В-третьих, на улице лето, к тому же, слава Богу, живем в субтропиках, с голоду точно народ не умрет. Тем более, уже проверено временем. Хуже чем в девяностые точно не будет. После грузино-абхазской войны шесть лет Абхазия сидела в жесткой блокаде, в том числе и от России. Это когда мужчины от 18 до 60 лет не могли легально попасть в соседний Адлер, а чуть ли не единственным доходом для страны была торговля мандаринами.

Оттягивать ситуацию – себе дороже. К следующему году может мир и решит что-то с коронавирусом, но для Абхазии передышки точно не будет. Как минимум на четыре месяца встанет на ремонт единственная электростанция питающая Абхазию - ИнгурГЭС. Платить за потребляемую во время простоя ГЭС энергию, которую будет поставлять Россия, республика будет по российским тарифам. А они, как известно, почти в десять раз выше абхазских. Да, Москва ее спишет с той финансовой помощи, что получает ежегодно Абхазия. В этом году, когда станция встала на пару недель, чек был примерно на 500 миллионов. Сумма за четыре месяца может оказаться больше всего ежегодного транша получаемого Абхазии. Последствия для республики пандемии по сравнению с длительным простоем ИнгурГЭС, покажутся цветочками.

Так что абхазской власти надо честно признаться перед своим народом, что так жить нельзя. А еще рассказать – как можно.

Инал Хашиг

Чегемская правда