Домашний интернет за бонусы
Роуминг (супер роуминг)
Конструктор
Безлимитный интернет
Previous Next Play Pause

Поправки в конституционный закон "О судебной власти" вступили в силу 1 ноября, согласно закону, суды теперь должны вести электронную документацию, а также видео- и аудиозаписи заседаний.

СУХУМ, 1 ноя – Sputnik, Асмат Цвижба. Районные суды Очамчыры и Гагры на время приостановили судебные разбирательства из-за отсутствия необходимого оборудования для аудио- и видеозаписи процесса, сообщили Sputnik представители судов.

Аппараты аудио- и видеофиксации судебных процессов, согласно поправкам к конституционному закону "О судебной власти", должны были появиться во всех судах Абхазии с 1 ноября.

По словам исполняющей обязанности председателя Гагрского районного суда Асиды Аргун, несмотря на отсутствие аудио- и видеорегистраторов, суд продолжает рассмотрение неотложных дел.

"Санкции, которые имеют сроки рассмотрения, мы не принимать и не рассматривать не можем. Но в протоколе мы указываем, что в связи с тем, что суд не оснащен оборудованием, мы не можем выполнять закон об аудио- и видеозаписи", - объяснила Асида Аргун.

В Галском районном суде отметили, что, несмотря на отсутствие необходимой техники, работают в обычном режиме.

"Но в принципе у нас нет такого потока людей, как в Сухуме, и сегодня никакие дела мы не рассматривали. Однако в таких обстоятельствах можно рассматривать только срочные дела", - отметили в суде.

Аудио- и видеофиксаторы появились в Гудаутском районном суде. Однако, по словам исполняющего обязанности председателя Гудаутского районного суда Бориса Аргун, в суде нет обученного персонала, который мог бы управлять новым оборудованием.

По словам Бориса Аргун, по имеющимся у него данным, проект закона "О судебной власти" с поправками должен быть одобрен Парламентом 10-15 ноября.

На модернизацию судебной системы Верховный суд запросил около 40 миллионов рублей, однако к июлю получил от Министерства финансов лишь шесть миллионов. По мнению Минфина, рыночная стоимость заказанного Верховным судом оборудования была сильно завышена. Верховный суд отрицает эту теорию.

По словам заместителя министра финансов Абхазии Саида Губаз, к 1 ноября Министерство финансов выделило Верховному суду 20 миллионов 376 тысяч рублей на оплату аванса за приобретение, доставку, установку аудио- и видеооборудования, а также обучения персонала и технической поддержки.

"Дальнейшее финансирование будет осуществляться по мере поступления соответствующих заявок от Верховного суда Абхазии", - добавил замминистра.

Пресс-служба Верховного суда Абхазии не стала комментировать ситуацию, как и Арбитражный суд и Сухумский районный суд республики.

Корреспонденту Sputnik не удалось дозвониться до представителей Гулрыпшского районного суда и Конституционного суда Абхазии.

Поправки в закон "О судебной власти", включающие в себя обязательное использование аудио- и видеопротоколирования во время судебного процесса, в июле были приняты Парламентом и одобрены президентом.

 

Недавно опять гостила у друзей в Меркуле и, пользуясь роскошной осенней погодой, прогулялась по деревне, не очень скромно заглядывая в чужие дворы и вступая в ознакомительные беседы. Конечно, осень украшает любую деревню – оранжевые плоды хурмы, фейхоа, еще не везде собранные изабелла и качич, набирающие спелость цитрусовые. Не очень заметны даже последствия клопа-вонючки и американской бабочки, которая в этом году буйствовала почти по всей Абхазии – даже у себя в городском дворе я регулярно лазала на яблоню и алычу, отпиливая обглоданные ветки.

В целом Меркула производит впечатление зажиточной деревни – ухоженные дворы, крепкие дома, некоторые даже не без своеобразного изыска, у одного хозяина даже подходы к дому оформлены в виде аллеи из посаженных с обеих сторон цветущих канделябров юкки славной, а сверху огромная беседка, еще только начавшая зарастать виноградными лозами. Видно, что хозяева уже заботятся о внешней красоте своих жилищ и не жалеют для этого усилий.

Я приезжаю в гости к Руслану Гергия и его жене Ольге Корнеевой, каждый раз с удовлетворением убеждаясь, как за последние десятилетия изменилась жизнь в деревне, даже с учетом развала СССР и последствий грузино-абхазской войны. Когда Руслан вернулся домой из России, окончив строительный институт в Горьком (ныне Нижний Новгород), ни у кого в деревне не было водопровода – все таскали воду ведрами из ручья. И считали, что это в порядке вещей.

Руслан в тайне от отца уговорил мать дать ему деньги, отложенные на покупку буйвола, и собственноручно провел воду от ручья в дом – это не менее км. Трубы тогда были металлические, работенка на пересеченной местности, а дом на холме, была не из легких.

Узнав, что он потратил буйволиные деньги на водопровод, деревня была в шоке от этой, по их мнению, глупости. Но через год один сосед попросил врезаться в трубу, потом второй, и скоро вся улица сидела на водопроводе Руслана. Сейчас почти у всех есть современный душ и стиральная машина, горячая вода тоже не редкость, про автомашины и не говорю – это само собой.

В послевоенные годы никто в Меркуле не продал и не бросил родительский дом, большинство продолжает жить и работать в деревне, и работать по полной программе – с раннего утра и до темноты. У одного соседа 15 буйволов и тридцать коров – представьте себе объем работы на одну семью, круговерть несусветная! Другой в этом году вырастил более 50 тонн арбузов и продал их в Пицунде и Гагре; третий зарабатывает на мандаринах и орехах; четвертый держит индюшек в дополнение к огромному саду и так далее. Жаль, никак не доберусь в гости к бывшему вице-спикеру парламента Эмме Гамиссония, у ее мужа-агронома родительский дом в верхней части Меркулы, и там растет все, что нужно для жизни!

Сам Руслан Гергия построил на месте старого отцовского просторный современный дом, оборудованный по последнему слову техники; кабельный интернет из Очамчиры, роскошный цветник перед домом, не уступающий европейским образцам, обширный сад, куда Руслан мчится каждый вечер, возвращаясь из Сухума; они с женой ведут насыщенную жизнь людей, успевающих вкусить городской культуры и поработать на земле, наслаждаясь чистым горным воздухом и мышечной радостью.

Вот я и думаю, может быть, возрождение Абхазии начнется в деревне, где соседи доверяют и помогают друг другу, где твой достаток напрямую зависит от твоего труда, а современная техника позволяет общаться со всем миром? Во всяком случае, Меркула – прекрасный пример того, как люди продолжают жить на земле предков, пользуясь всеми благами цивилизации.

Надежда Венедиктова 

http://asarkia.info/

 

 

Не так давно я делился на «Эхе Кавказа» своим двойственным впечатлением от Яндекс.Дзен (Yandex Zen) – рекомендательной ленты интернет-контента и платформы для блогеров. Она часто шокирует образованную аудиторию невежеством и безграмотностью во всех смыслах текстов многих авторов, поскольку публикуется там все подряд, кроме, по-видимому, мата.

Так вот, читая эти самые «дзеновские» тексты, я еще в августе с.г. наткнулся на такой, подписанный псевдонимом «Сочи южная столица» (здесь и далее сохраняю авторское правописание, которое уже само по себе о многом говорит) и с заголовком «Абхазия-наш!» – слухи которые гуляют по Сочи». «Абхазия-наш» – это, как я понял, не потому, что автор настолько плохо владеет русским языком, а потому, что он решил спародировать известную речевку последних лет в России «Крым-наш».

Чтобы дать представление о содержании этого текста, приведу – повторюсь, без редактирования – несколько цитат из него: «Сочи единственный город в самой большой стране мира где нет зимы, поэтому желающих приобрести дом у теплого моря с каждым годом становится все больше. Земля в Сочи становится просто золотой, и хорошие участки по карману только очень обеспеченным гражданам. Недавно начали ходить разговоры о длительной аренде части территории Абхазии (а может и всей?) и присоединении к Краснодарскому краю. Это естественно не факт, но дыма без огня не бывает.. Возможно эти слухи поползли в преддверии президентских выборов в Абхазии, но раз люди говорят значит кто-то это обсуждает… Плюсов от этой сделки очень много. Климат Абхазии еще более мягкий чем в Сочи, а курорты считались самыми престижными в СССР, каждый советский гражданин мечтал отдохнуть в Гаграх или Пицунде. В Абхазии есть сельхозугодья, на которых произрастают тропические фрукты, такие как мандарины или киви, которых нет в России. В связи с тем что Сочи стал фактически третьей столицей России, где проходят встречи Путина с лидерами других государств, всевозможные саммиты и крупные мероприятия, необходимо отодвинуть государственную границу от такого стратегически важного города. Это позволит дать мощный заряд патриотизма, сравнимый с присоединением Крыма к РФ. Но и нельзя забывать экономические выгоды, это новый бум строительства, сумеет немного охладить перегретый рынок недвижимости Сочи. Но есть у этого и минусы. Ухудшатся и без того натянутые отношения с Грузией. Скорее всего эта сделка не останется без внимания наших «партнеров» из Европы и Америки, и последуют новые санкции. Почти все население Абхазии вооружено, и разоружение повлечет всплеск протестов и конфликтов, которые в этом регионе крайне опасны… Аренда земли это все же не включение в состав, а более мягкий способ освоения новых территорий. На политических картах ничего не поменяется, поменяется только экономика региона. Тем более что почти все абхазцы являются гражданами России, и вся республика фактически сидит на дотациях из нашего бюджета. Поэтому я считаю аренда является единственным способом взять под контроль наши собственные средства и пустить их в дело, т.е. на развитие обветшалого региона, а не на финансирование местных «царьков».

Разумеется, первой мыслью моей по прочтении было: «А спросить мнения жителей Абхазии на этот счет автору в голову не пришло? Или он воображает себя «белым плантатором» девятнадцатого века?» Если даже недавняя идея Дональда Трампа купить США у Дании почти безлюдную Гренландию показалась многим в мире возмутительной, то что уж тогда говорить про Абхазию с ее многовековой историей и народом, не так давно вышедшим из кровопролитной борьбы за независимость… При этом я даже не рассматривал возможность сделать тот «дзеновский» текст темой своей публикации: зачем тиражировать бредни какого-то не шибко грамотного анонима (мало ли их заполняет сегодня интернет своими опусами) и лишний раз будоражить общественное мнение в Абхазии? Ведь это же не скандальное заявление в сентябре 2016 года лидера ЛДПР Владимира Жириновского на пресс-конференции в ТАСС, когда он потребовал присоединить Абхазию и Южную Осетию к России в качестве районов, соответственно, Краснодарского края и Северной Осетии, и когда в Абхазии и власти, и общественность просто не могли жестко не отреагировать на выпад «бывшего друга» абхазского народа.

Но вот в конце минувшей недели один активист абхазского сегмента «Фейсбука» выложил на своей странице в нем тот же самый текст с небольшими сокращениями, но уже под другим заголовком – «Стали известны планы включения Абхазии в состав России», размещенный на некоем «Абхазиум.ру», и, хочешь не хочешь, он стал уже у нас объектом внимания и бурного обсуждения. Кстати, новый заголовок сделал публикацию еще более для абхазов провокационной. А именно: в заголовке рассуждения об аренде, тоже беспардонные по отношению к Абхазии, «легким движением руки» мошенника заменены на ее инкорпорацию.

И вот несколько комментариев в абхазском сегменте «Фейсбука»: «Бредовый, провокационный вброс!»; «А вы у нас не хотите спросить? Положив свой генофонд за свободу, мы никуда не собираемся входить, запомните это раз и навсегда!»; «Идиотизм!»: «Автор в глубоком похмелье. Налейте ему сто грамм чачи!»; «Кто-то умышленно черта закидывает, не поддавайтесь. Чистой воды фейк»; «Бред!»; «Абхазиум – это паршивая помойка, которая без зазрения совести ворует чужие статьи без каких либо ссылок на первоисточник. Уверен, если скопировать часть текста в поисковую строку Яндекса, то выплывет какая-нибудь украинская или грузинская желтая пресса» (два последние комментария написаны известными живущими в Абхазии русскими блогерами); «Абхазиум», во-первых, не коверкайте своим дебильным названием наименование нашего государства, а во-вторых, вхождение Сочи в состав России – вот что нужно бы обсудить хорошенько. В контексте возможной передачи этой территории Республике Абхазия. Чем не предмет для дискуссии?» Еще один комментатор продолжил в ироническом ключе: «Ходят также слухи, что часть Сочи, а именно Адлер и Красную Поляну, хотят на исторических правах вернуть в состав Абхазии и расширить Гагрский район».

Наконец, один из комментаторов докопался до первоисточника: «Эту статью проходимцы из «Абхазиума» сперли у одного сочинского блогера в «Яндекс.Дзен». Так что не читайте всякую ахинею, и уж тем более это нет смысла обсуждать. А то скоро начнете всерьез дискутировать вокруг воплей городских сумасшедших». Большинство придерживалось схожего мнения, но был и такой комментарий: «Я бы не игнорировала эту публикацию, если даже она окажется фейком».

Зная историю появления данного текста, а также вчитавшись в него, согласитесь, что слово «фейк» тут не самое точное. Автор излагает свои и, наверное, некоторых своих единомышленников (сколько их, он не называет) рассуждения. Ну, сидели, допустим, за «рюмкой чая», толковали. Разве нет россиян, которые так мыслят? Есть. Другое дело, что рассуждения эти можно назвать циничными, бессовестными и т.д. И еще у меня сложилось впечатление, что абхазские комментаторы забыли, как это нередко бывает, про «вброс» Жириновского трехлетней давности, и потому блог малограмотного анонима показался им громом среди ясного неба.

Так есть ли смысл «дискутировать вокруг воплей городских сумасшедших»? Я думаю, что все же есть – для того, чтобы со стороны можно было увидеть и понять, с каким гневом реагирует абхазское интернет-сообщество на подобные «проекты».

Что касается провокационности, то она в подобных рассуждениях так или иначе присутствует. Другое дело, что доминирует в большинстве случаев просто тупость и безнравственность, ограниченность мышления, примитивное непонимание: «А почему мы должны у каких-то абхазов еще что-то спрашивать?» Это красноречиво проявилось и в многочисленных комментариях к публикации «Сочи южная столица» в Яндекс.Дзен.

После обсуждения текста абхазскими интернет-комментаторами я решил отреагировать на него на «Эхе Кавказа», и все вышенаписанное мной было уже в принципе готово, но в предыдущие дни недели надо было откликаться на текущие события. А вчера уже и посольство России в Абхазии на своей странице в «Фейсбуке» под заголовком «Россия и Абхазия: мифы и реальность» прокомментировало статью на сайте Абхазиум.ру.

В комментарии говорится, что в конце октября с.г. на сайте Абхазиум.ру вышла статья под провокационным заголовком «Стали известны планы включения Абхазии в состав России». Посольство Российской Федерации в Республике Абхазия решительно заявляет, что текст анонимного автора является фикцией и полностью не соответствует действительности. «Незыблемость признания Сухума неоднократно подчеркивалась президентами Российской Федерации В. В. Путиным и Д. А. Медведевым, а также министром иностранных дел С. В. Лавровым. Призываем не идти на поводу у разного рода провокаторов, которые своими публикациями вносят диссонанс в гармоничные отношения между народами двух стран», – говорится в сообщении посольства. Посольство напоминает, что Российская Федерация признала Республику Абхазия независимым государством 26 августа 2008 г., и в настоящее время между двумя странами сложились прочные отношения, основанные на принципах союзничества и стратегического партнерства.

Виталий Шария

Эхо Кавказа

 

 

Сегодня в Абхазии отмечается День памяти жертв политических репрессий. По данным Ассоциации памяти жертв политических репрессий Абхазии, до семи тысяч человек были репрессированы в республике в 30-40-е годы XX века. В октябре 2011 года в Сухуме был установлен памятник жертвам репрессий в виде каменного валуна, обвитого колючей проволокой. Сегодня руководители страны и потомки жертв репрессий, в том числе председатель названной Ассоциации Анатолий Пилия, по традиции принесли к этому памятнику цветы. Президент Абхазии Рауль Хаджимба сказал в ходе выступления: «Те, кто забывает свою историю, лишены будущего». Воспоминаниями поделилась Лейла Василиади, дочь 98-летней сухумчанки, невестки Сарии Лакоба Адиле Абас-оглы, написавшей проникновенную книгу о репрессиях «Не могу забыть (Моя Абхазия)».

Вообще-то эта дата – 30 октября – с историей Абхазии не связана. Этот памятный день был учрежден еще в последние месяцы существования СССР, в 1991 году, и с тех пор отмечается в России (в ряде других стран постсоветского пространства аналогичный памятный день отмечают в другие дни). И связано это с тем, что 30 октября 1974 года по инициативе диссидента Кронида Любарского и других узников мордовских и пермских лагерей был впервые отмечен «День политзаключенного» совместной голодовкой и выдвижением ряда требований.

Точное количество пострадавших от политрепрессий в СССР до сих пор не установлено. По некоторым данным, в период с 1921 по 1953 годы были репрессированы свыше 4 миллионов человек, из них около 800 тысяч расстреляны. Процесс реабилитации жертв политических репрессий начался в середине пятидесятых. Но и после закрытого доклада первого секретаря ЦК КПСС Никиты Хрущева на двадцатом съезде КПСС в советских СМИ еще около трех десятилетий обращаться к этой теме было, скажем так, не принято. После того же, как стало «можно», в конце 80-х, мне довелось напечатать несколько газетных интервью с такими дожившими до того времени свидетелями сталинских репрессий и их жертвами, как совсем старенькая вдова Николая Акиртава и брат Вовы Ладария, тоже попавший в 37-м в их жернова и отсидевший немало лет в ГУЛАГе. Потом бурные политические события надолго вытеснили тему тех репрессий в Абхазии на периферию общественного сознания, хотя, разумеется, никто про них не забывал.

И вот пару лет назад я познакомил аудиторию «Эха Кавказа» с публичным выступлением на презентации изданной при поддержке Совета Европы книги дочери репрессированного Анатолия Вардания, которое произвело на всех присутствующих в зале сильное эмоциональное воздействие. А нынче хочу предложить вашему вниманию рассказ дочери другого репрессированного – Александра Званбая – врача Изольды Александровны Званбая-Капба. Наша беседа с ней проходила не так давно в ее кабинете заведующей медпунктом пансионата «Литфонд» им. Д.И. Гулиа в Пицунде. Многие в Абхазии помнят о ее муже, ушедшем из жизни лет пятнадцать назад абхазском государственном деятеле Энвере Капба. Сама Изольда Александровна, хрупкая седовласая женщина восьмидесяти трех лет, продолжает трудиться, приезжая по утрам в пансионат из Гагры.

Родилась она в 1936 году, и когда 9 сентября 1937 года как врага народа арестовали ее отца, девочке был всего годик и два месяца. Так что, естественно, она его не помнит, а знает только по рассказам родных. Отец ее учился в звандрипшской средней школе, затем окончил реальное училище в Сухуме. Политической деятельностью никогда не занимался, а стал интересоваться производством вина. Вместе со своим двоюродным братом Николаем Батовичем Анчабадзе – знаменитым впоследствии виноделом – и их общим другом Акакием Георгиевичем Сангулия Александр Алмахситович основал винно-водочное производство в Абхазии. Мать же Изольды Буца родилась в 1911 году в семье абжуйского князя Омара и была сестрой братьев-абреков Гуды и Хихви (по документам Арсена и Варлама). О трагической истории этой семьи я рассказывал в свое время на «Эхе Кавказа».

Изольда Александровна росла, по сути и не зная вплоть до 1955 года, за что арестовали и уничтожили ее отца. Она рассказывает:

«На мое имя пришла повестка явиться к генпрокурору. У мамы тогда были тяжелые приступы бронхиальной астмы, мы от нее скрыли. Тетя (Хикур Омаровна Эмухвари) за ней ухаживала. А я в тот год не поступила в институт, в Москве я сдавала. Мне было девятнадцать лет. Но тетя ни за что не хотела пускать меня в прокуратуру, она боялась, что я могу не вернуться, как это было в те годы, когда наших старших людей вызывали и они не возвращались. Ну, она сообщила брату моего отца, и он приехал. И он был осведомлен, что пересматривают эти дела. Он пошел со мной к генпрокурору. Тогда им был Шамиль Николаевич Лакоба. А его жена была моя одноклассница, Ляля Ласурия. И когда я вошла в кабинет, очень волновалась. Я заметила, что у него на столе – досье моих родителей. Шамиль заметил, что я взволнована. Он дал мне возможность посидеть спокойно. Потом он меня спросил: «Успокоилась, Изольда?» – «Да, успокоилась». Ну, и он нам объяснил, в чем его обвиняли. Мы, говорит, хотим дать тебе справку о его непричастности ни к каким политическим делам, что он необоснованно был обвинен, чтобы ты себя чувствовала всегда спокойно, что ты дочь не врага народа, а обыкновенного жителя нашей страны».

Изольда Александровна как будто снова и снова переживала тот момент более чем 60-летней давности. Потом она продолжила:

«Шамиль нас ознакомил с протоколом обвинения за подписью Рухадзе. Я вот не помню, он был начальником Сухумской милиции или Гагрской. Вот это я как-то не спрашивала у мамы. Значит, первое обвинение было то, что якобы он был поручиком царской армии. А он пятого года рождения, как он мог быть поручиком, я не знаю. Второе – якобы он был предводителем восстания в Гудаутском районе против колхозов. И третье обвинение – якобы под его руководством был заминирован железнодорожный мост через Черную речку, когда должен был проехать на поезде Иосиф Сталин. На курорт, по-моему, должен был приехать в Новый Афон. Естественно, когда следователь Григориади дал подписать ему этот протокол, отец категорически отказался. Его долго мучили, водили на допросы и все такое, но он не подписывал. И вот в один день следователь этот стал его бить, издевался физически, словесно. Папа, говорят, был очень такой мужественный, самолюбивый человек. И он не выдержал таких унижений, он схватил вот так двумя руками стол и бросил на него. И когда он бросил, тот выхватил тут же пистолет и застрелил его в кабинете. Ну, потом они сфабриковали дело так, будто бы он был осужден на десять лет без права переписки. Потом за какие-то провинности еще раз… Потому что мама подавала запрос, почему через десять лет он не вернулся, и ей ответили, что у него были какие-то проступки, за что он получил еще какой-то срок. И только через двадцать лет мы узнали всю правду».

В 1956 году выездной военный трибунал из Москвы проводил закрытый процесс по Закавказью: в Тбилиси, Баку, Ереване, Батуми, Сухуме – над теми, кто был причастен к политическим репрессиям. В Сухуме под стражей находился бывший нарком внутренних дел Абхазии Пачулия, в прошлом футболист и любимчик Лаврентия Берия. Десять дней Изольда Александровна присутствовала на этом процессе в Сухуме – с женами и детьми, другими родственниками жертв сталинско-бериевских палачей. Рядом сидел Муста Джих-оглы, родной брат Сарии Лакоба. Муста в какой-то момент вскочил с места и напомнил Пачулия, как он сигаретой прижигал тело его сестры. На процессе присутствовал и Ирадион Квициния, который был репрессирован и чудом остался живым. Он повернулся спиной к аудитории, снял сорочку и обнажил свою спину в страшных шрамах.

По делу проходили также следователи-инквизиторы Григориади, Багателия и Денисов. Рассказывали, какие методы пыток применяли – заставляли репрессированных по несколько часов держать в руках чемоданы, наполненные кирпичами, тех, кто не мог больше держать, избивали плетками, железными прутьями, мокрой крученой веревкой, заставляли тыкать пальцем в патроны для электролампочек.

Виталий Шария

Эхо Кавказа

 

Не знаю, может, это связано и с тем, что за последние месяцы внимание абхазского общества слишком плотно занимали президентская гонка и политика, но на днях бурную реакцию в интернет-сообществе вызвали темы совсем иного рода.

Особенно активно, достигнув почти пятидесяти комментариев, на форуме самого популярного абхазского интернет-сайта обсуждалась не такая уж вроде бы примечательная публикация в СМИ о том, что, по данным российского сервиса бронирования жилья для отдыха Tvil.ru, в первую десятку городов для женского туризма в нынешних октябре и ноябре вошли города-курорты Ялта, Алупка и Сочи, горный курорт Красная Поляна, город на озере Селигер Осташков, столица Урала Екатеринбург, а также Петербург, Иркутск, Калининград и абхазский город Гагра. Причем дешевле всего одиноким женщинам отдыхать в конце осени в Гагре: здесь аренда жилья обойдется в среднем в 600 рублей в сутки. Дороже всего – в Осташкове (3 тысячи рублей в сутки).

Подавляющее большинство форумчан восприняло в качестве цели таких поездок одиноких женщин поиск, как говорили в советские времена, курортных романов, или, как более жестко говорят сейчас, секс-туризм. Один интернет-комментатор, правда, возмутился по этому поводу: «Ну, почему все сразу согласились с тем, что женщины едут в Гагру только для подобных утех? Наверное, большинство все-таки едет искупаться в еще теплом море, погреться на пляже и подышать чистым морским воздухом, отдохнуть от суеты. Сейчас не так много людей на пляже, красота!» Ну, одно другому не мешает, возражали ему. И упорно продолжали развивать все ту же тему: едут, мол, развлечься с нашими особо озабоченными мачо.

Вот одно из прозвучавших мнений: «Сейчас это не так масштабно, как в советские времена, когда на пляже сесть было негде, и местных побольше, а границы Союза – на замке. Причем если не опережают, то не уступают тут в активности абхазам и наши армяне, русские, мегрелы. Такое происходит на всех курортах мира, а арабы севера Африки сделали обслуживание женщин бальзаковского возраста промыслом, сейчас такой «туризм» развивается в некоторых африканских странах. Наши гусары «с дам-с денег не берут-с», конечно, но исключения есть во всем и везде. Чем они вам помешали, ведь как только ни обзываете своих сограждан! Главное – женщины на форуме молчат, а мужчин это очень возмутило. Мы уже не раз отмечали тут готовность наших граждан заниматься самобичеванием, даже себе во вред».

Другие рассуждения: «Осенью дети, как известно, в школе, и мама добропорядочная и любящая их не оставит ради увеселения. А тут если и есть дети, то взрослые. Но зашоренным мозгам не понять, что такая одинокая женщина хочет банально развлечься и, желательно, не одной. Если денег много, она едет на курорты Италии, Испании и т.п., если мало – к нам. И за очень небольшие деньги женщина в прямом и переносном смысле имеет молодого мужчину, который обслуживает ее. А эти дураки и рады продаться, даже за старый телефон. Своего рода мужская проституция»; «Понятие «альфонс» или «жиголо» им незнакомо. А если и знакомо, то не «западло». У этой публики иные ценности».

У меня же по прочтении всей этой полемики возникли другие ассоциации и воспоминания. Не так давно прочел в Википедии статью про современный секс-туризм. В принципе, многое в ней было известно мне и раньше, но статья эта систематизировала то, о чем раньше доводилось читать и слышать по отдельности. А именно: самые популярные страны для мужского, то есть традиционного секс-туризма, – это Таиланд, Филиппины, Куба, Ямайка, Бразилия... То есть те страны, где нет патриархальной строгости нравов для женщин и одновременно уровень жизни не столь высок, чтобы пренебрегать в туристической сфере такой статьей дохода. А есть другая группа туристических государств, в которых в последние десятилетия стал развиваться секс-туризм женский. Это Турция, Египет, Марокко, где горячие южные мужчины сделали своим хобби, а то и профессией эскорт состоятельных дамочек, чаще всего бальзаковского и постбальзаковского возраста. Есть и третья группа стран, вполне себе экономически развитых, где существует секс-индустрия для туристов обоих полов – Германия, Голландия и др.

Понятно, что Абхазию если уж включать сюда, то во вторую группу, хотя и с большими оговорками. Хорошо помню, с каким наивным, скажем так, удивлением и возмущением я лет двадцать назад начал встречать в российских СМИ публикации о том, что россиянки ездят «оторваться» на пляжи Турции и Египта. Возмущался тогда, вспоминая, как часто в советские годы мне и моим коллегам в абхазской прессе приходилось писать о случаях изнасилований курортниц местными парнями. Разве, мол, это справедливо: турки и египтяне еще и бабло (или разные презенты) получают за то, за что наши искатели приключений порой попадали за решетку?!

Нет, конечно, я утрировал. Попробуем разложить все по полочкам. И в советские годы приезжали на черноморское побережье Крыма и Кавказа, в том числе Абхазии, курортницы самого разного возраста, внешности и свободы нравов. Вспомнилось сейчас, кстати, как в начале восьмидесятых, будучи в командировке в той же самой Гагре, я познакомился и разговорился с явно «озабоченной» харьковчанкой лет сорока и весьма малоприятной внешности, которая между делом упомянула, что приехала отдохнуть на недельку и что с собой у нее «полторы штуки» (сумма по тем временам нехилая, эквивалентная полугодовой среднестатистической зарплате). Это не значит, конечно, что она собиралась расплачиваться за любовь молодых мальчиков «напрямую», но чувствовался ее настрой оплачивать счета в ресторанах и т.д. (Тогда это было принято делать завуалировано, а не так, как при наступивших в 90-е рыночных отношениях.) Но это крайний случай, а гораздо чаще встречались, как везде и во все времена, просто достаточно раскрепощенные женщины, которые были совсем не прочь развлечься, да еще и увезти с собой какие-нибудь подарки. Но приезжали и юные целомудренные девушки, которые, сталкиваясь с зашкаливающим уровнем тестостерона у местных «пляжных львов кавказской национальности», с поминутными приставаниями таких на улицах, предпочитали тут же уехать в более спокойные курортные края, или же попадали в криминальные сводки как жертвы изнасилований. А «уровень тестостерона» вполне объясним, учитывая табуированность подобных отношений с местными девушками в нашем патриархальном краю.

Но понятно, что «поиск приключений» – это одно, а насилие – совсем другое. Уголовная статья за изнасилование была тогда одной из самых «востребованных» в судах, а обсуждение этих случаев – одной из частых тем для разговоров в обществе. Помню излюбленную фразу пытавшихся оправдать насильников: «А зачем она с ним пошла?». Раз, мол, «пошла» – значит, спровоцировала.

Примечательно, что после грузино-абхазской войны от одной знакомой москвички мне довелось услышать в качестве похвалы то, что в Абхазии практически исчезли те самые приставалы, которые не давали прежде курортницам проходу. Мы с ней пришли к выводу, что пережитые в начале 90-х местной молодежью потрясения и послевоенные заботы о материальном выживании вышибли из голов прежнюю заточенность на поиск «курортных приключений» как едва ли не главный смысл их жизни. Потом, наверное, это вернулось на круги своя, но не в той уже мере, как было в последние советские десятилетия.

А теперь о другой публикации – под заголовком «Если б я был султан: нужно ли Абхазии многоженство». В интервью одному из местных СМИ заместитель муфтия Абхазии Абдурахман Джугелия рассказал, в каких случаях мужчины могут стать многоженцами, что может стать препятствием для этого и нужно ли абхазскому обществу многоженство. Он рассуждает:

«В Коране Всевышний говорит о том, что мужчина может жениться на одной, двух, трех или четырех женщинах, но он должен уметь правильно относиться к ним; если он не может этого сделать, то стоит ограничиться одной. Всевышний не приемлет, когда одна женщина счастлива, а другая несчастна».

Абдурахман Джугелия считает, что многоженство в условиях малочисленности населения Абхазии может быть полезным, он знает несколько таких абхазских семей, они мусульмане. Жены, о которых рассказал Абдурахман Джугелия, живут в разных домах, но при этом они тесно общаются. Но он подчеркнул, что для многих это неприемлемо.

Один из форумчан заметил: «Даже в исламские времена абхазы не практиковали многоженство, но в семьях было много детей. Проблема деторождения имеет много факторов». Другой высказался саркастически: «Мужу, рискнувшему иметь несколько жен, надо не только их прокормить, но и одеть, купить украшения, не обделять ни в чем. А если добавить то, что у каждой родственников полно, то ума не приложу, как этот несчастный будет в Абхазии успевать на все события сразу в двух, трех или даже четырех фамилиях... Уж пусть все, как есть. Детей рожать надо побольше».

Добавлю кое-что от себя. Тема эта поднимается в Абхазии не в первый раз, и далеко не всегда обсуждали ее в шутливой манере. В августе 1993 года в газете «Республика Абхазия», выходившей тогда в Гудауте, преподавательница Абхазгосуниверситета напечатала пространную статью, в которой приводила аргументы за то, что разрешение у нас многоженства может помочь абхазам в преодолении демографического кризиса, порожденного военными потерями мужского населения. А в 1995 году я рассказал в газете о семье Ласария из села Дурипш, где были муж и две жены. Причем семья была христианская, и жили все в одном доме. Все тогда опиралось на уходящую в глубину веков абхазскую традицию, при которой религия была ни при чем: что если жена не может родить детей, муж, при ее согласии, имеет право взять вторую. В данном случае жена родила дочь, но после этого уже не могла рожать по медицинским показаниям. Тогда властная свекровь настояла, чтобы привели вторую жену – молоденькую выпускницу школы (в доме должен быть наследник). И та родила нескольких детей, в том числе сыновей. А «старшая жена» смирилась, поскольку ей некуда было идти... И что же, жили вполне дружно. Но это, разумеется, для Абхазии редкое исключение, а не правило.

Виталий Шария

Эхо Кавказа

 

Страница 1 из 42
Яндекс.Метрика